Ялтинский санаторий
Татьяна Ларина, усталый терапевт, прописывает сон пенсионеру.
В столовой пахнет новенький обед, вороний гомон действует на нервы.
Садовник Гамлет подстригает тис. Офелия резвится под омелой.
Весь мир театр, но кто-то в нем статист, а кто-то для статиста слишком мелок…
Записывает доктор А.П.Ч. потом идет по набережной с тростью.
Усталый ангел дремлет на плече, зевая с человеческого роста.
Вишневый сад укутан в снегопад. На сцене – трагифарс из жизни белок.
Тарас бы рад отплясывать гопак, но что-то в королевстве накипело
И Коля топит книжками камин. Слова сопротивляются горенью.
Закат сегодня – иней и кармин. Пустеет парк по щучьему веленью.
Готовят в санатории дискач. Слепой скрипач прикинулся диджеем.
В бассейне тихо тонет Танин мяч. Все шерри-бренди, правда, милый Женя?
У Ленского на шее грубый шрам. Он выжил, но остался стихотворцем.
Пенсионер идет в казенный храм – посетовать на сны и скудость порций.
Татьяна Ларина заходит в душ Шарко, смывает депрессивную угрозу.
У Ленского в руках мадам Клико и новенькая ялтинская роза,
Он клеится к Офелии, но та предпочитает Билли-рокабилли.
И тает нота – явственно не та. И никого пока что не убили.
Спугнул ворон настырный глупый дрон. Лежит теперь на парковой дорожке.
И пялится прислуга из окон. И зло шипят разбуженные кошки.
Музей княгини щелкает дверьми. Бродяга возвращается из Трои…
Плечом к плечу с усталыми людьми живут литературные герои.