Можно ли ссылаться на свидетельские показания при доказывании факта оплаты?

Может ли сторона договора доказывать совершение платежа по договору не распиской или выпиской по счёту, а иными доказательствами, такими как показания свидетелей? Этот вопрос в полный рост встал в деле, рассмотренном недавно гражданской коллегией ВС (№ 67-КГ26-3-К8).

ВС РФ рассмотрел спор о квартире, которую застройщик сначала обязался передать г-же А. (и получил с неё деньги), а затем продал г-же Л. Нижестоящие суды признали второй договор недействительным и обязали Л. вернуть квартиру, посчитав, помимо прочего, что она не доказала оплату 4,1 млн руб.: поступление денег на счёт или в кассу застройщика в его бухгалтерском учёте отсутствовало.

ВС признал такой подход ошибочным. Оплату подтверждали другие доказательства: показания представителя застройщика и свидетеля, справка об отсутствии задолженности, акт приёма-передачи, а также последующее внесение той же суммы на депозит нотариуса. Согласно позиции ВС, банковские и бухгалтерские документы не являются исключительными доказательствами платежа, а покупатель не отвечает за то, как продавец учитывает полученные деньги.

Квартира была фактически передана Л., и право собственности было зарегистрировано за ней. По ст. 398 ГК РФ в такой ситуации первый покупатель утрачивает право требовать саму квартиру, сохраняя лишь право на убытки с должника. ВС отменил акты апелляции и кассации и направил дело на новое рассмотрение.

Комментарий Сергея Будылина, советника Адвокатского бюро «Бартолиус», к. ф.-м. н., LL.M.

Применим ли к денежному платежу запрет ссылаться на свидетельские показания (из статьи 162 ГК)? Здесь стоит обратить внимание на два момента.

Во-первых, нельзя сказать, что платёж подтверждается лишь свидетельскими показаниями. Как минимум есть ещё справка от компании об отсутствии задолженности — вполне формальный документ. Не говоря уже о косвенных доказательствах, таких как факт передачи квартиры или факт передачи компанией аналогичной суммы нотариусу.

Нет сомнений, что вопрос о платеже разрешён справедливо (во всяком случае, исходя из фактов, как они изложены в определении). Ведь сам главбух признаёт, что деньги были получены, почему же покупательница должна страдать из-за того, что компания не оформила платёж должным образом?

Во-вторых (что в теоретическом плане ещё интереснее), большой вопрос, насколько применимо требование письменной формы — и, соответственно, положение о недопустимости свидетельских показаний в качестве доказательств — к денежному платежу.

Дело в том, что платёж занимает в некотором смысле промежуточное положение между фактическими действиями (реальными актами) и сделками (юридическими актами). С одной стороны, это физическое действие (в данном случае – передача пачки наличных), с другой — в нём есть элемент волеизъявления (покупатель изъявляет волю на переход контрагенту права на передаваемые деньги).

Если считать, что платёж — полноценная сделка, то, в отличие от обычного договора, её вряд ли вообще можно заключить «в письменной форме»: она не сводится к одному лишь волеизъявлению, которое можно записать на бумаге.

В письменной (или нотариальной) форме может быть расписка, но расписка — это ведь не платёж, как и банковское платёжное поручение. Это письменное подтверждение совершённого платежа. Отождествление платежа и расписки – это всё равно что отождествление военного сражения и повествования о нём (второе может быть в письменной форме, но первое – вряд ли).

Моё мнение: положение статьи 161 об обязательной письменной форме некоторых сделок (в том числе сделок юрлиц с гражданами) принципиально неприменимо к платежам в силу самой их природы: они не являются чистым волеизъявлением. Соответственно, неприменимо и положение о запрете на свидетельские показания для доказывания платежа.

Я присоединяюсь к мнению Коллегии о том, что платёж может доказываться не одной лишь распиской: допустимы как косвенные документальные доказательства, так и показания свидетелей.

Подпишитесь на канал «Бартолиус | Право и практика» Telegram | МАХ.