Прочитал (еще 14 ноября) метамодернистский роман Americana Дона Делилло – историю об успешном молодом телевизионщике, под предлогом съемок телепередачи об индейцах сбежавшего из Нью-Йорка ради создания автофикционального киноавангарда, в ходе которого путь к себе через искусство оборачивается бегством подальше от себя в дикую американскую глушь.

Отличная книга, мне очень понравилась. Вообще-то раньше я считал, что метамодернизма не существует и его выдумали заскучавшие журналисты, чтобы продавать молодое поколение постмодернистов под новым ярлыком (к примеру, Дэвид Фостер Уоллес с его установкой "сбежать из текста невозможно" – типовой постмодернист); поэтому можете представить себе мое удивление, когда в Americana я обнаружил текст 100% наследующий модернизму, но не постмодернистский, а совсем наоборот. Роман изучает и живописует последствия n-модернистских практик в культуре США рубежа 60-70-х годов, и именно этот пафос – "Давайте-ка разберемся, что сделали с человеком и обществом ваши попытки перестроить Мир и Текст на новый лад" – и следует признать базой метамодернизма.

Как известно, модернизм занимается эволюцией Текста для его гармонизации с быстро меняющимся (в предметной реальности и в представлении человека) Миром, а постмодернизм провозглашает превосходство Текста над Миром и фокусируется на поклонении знаковым системам. Метамодернизм идет другим путем – он возвращает в формулу новаторской литературы фигуру Человека, выпавшую в самом начале модернистской стадии: частью эволюционированный, частью искалеченный прогрессом Мира и Текста Homo Modernus излагает свои оценки окружающего его со всех сторон n-модернизма. Тут-то и нужна приставка "мета-" – чтобы обозначить взгляд на эпоху масскульта извне. Где же найти такую внешнюю позицию, если Мир и Текст всюду, куда ни глянь? Дон Делилло предлагает искать ее внутри наблюдателя.

Возможно, поэтому героем его дебютного романа стал сотрудник телеканала – человек, привыкший преобразовывать Мир в Текст в жестком формате ТВ. Впрочем, Дэвид Белл не просто телевизионщик, а телевизионщик потомственный, так как его отец – легенда рекламного бизнеса (в Americana за 28 лет до "Generation П" Виктора Пелевина подчеркивается, что передачи нужны для заполнения пауз между рекламными роликами, а не наоборот), и именно на непроговоренном конфликте Дэвида с отцовским наследием выстраивается история его бегства из коммерческой клетки формата на свободу арт-хауса. В первой половине книги Делилло показывает, насколько фальшиво телевизионное закулисье: хотя все работают допоздна, никто не занимается ничем продуктивным, а все время уходит на просиживание штанов, офисные интриги и тревожное ожидание, кого из бездельников уволят следующим – так что успеха в этой игре-вместо-дела добивается тот, кто не привлекает лишнего внимания, не выглядит умнее начальства и лучше прочих перекладывает ответственность на других.