Вторая лекция курса по нейробиологии «Мозг и нейротехнологии» на канале «Культурный код» при поддержке IT-компании «Астон». Михаил Лебедев рассказывает об отечественных учёных.
Сеченов в книге «Рефлексы головного мозга» утверждал, что все движения организма являются ответом на внешний стимул, даже те, что кажутся проявлением свободной воли. Его идеи близки бихевиоризму Скиннера. Хотя сегодня такой подход считается устаревшим, для своего времени книга была прогрессивной.
Павлов, начинавший с физиологии сердца и получивший Нобелевскую премию за работы по пищеварению, известен экспериментами с собаками, у которых выделялась слюна в ответ на звонок или лампочку. Эти опыты показали пластичность мозга и его способность предсказывать события. Павлов не отрицал психические функции, но стремился к объективным измерениям. Он враждовал с Бехтеревым ещё со студенческих лет, а после того как Бехтерев поставил Сталину диагноз «паранойя» и умер при подозрительных обстоятельствах, интерпретации Бехтерева были отвергнуты в пользу Павлова.
После смерти Павлова его теорию превратили в догму на так называемой павловской сессии, где пострадали многие учёные. Среди них Пётр Анохин, автор теории функциональных систем, который первым сформулировал, что организм работает как система с целеполаганием. Также пострадал Николай Бернштейн, разработавший теорию многоуровневого управления движениями, чьи труды позже были переизданы и признаны в мировой науке.
Нейронаука вышла в космос: после Лайки, а затем Белки и Стрелки исследования продолжила Инесса Козловская на обезьянах с имплантированными электродами, изучая вестибулярные реакции в невесомости. Физиолог Виктор Гурфинкель, ученик Бернштейна, участвовал в советско-французских космических программах, изучал позные реакции и движение глаз, а также стал пионером нейропротезирования, создав первый в мире бионический протез руки в Советском Союзе.
Владимир Бехтерев изучал строение нервной системы и гипноз, дал начало династии учёных. Наталья Бехтерева руководила институтом и первой начала использовать вживление электродов в мозг человека для лечения болезни Паркинсона и эпилепсии посредством глубокой стимуляцию.
После смерти Ленина в 1924 году нейроанатом Оскар Фогт изучал его мозг, разрезав на более чем десять тысяч срезов, и заявил о множестве крупных пирамидальных клеток в коре, что должно было доказать гениальность. Современные данные это не подтверждают, а сам мозг был повреждён инсультами. Подобные исследования проводились и с мозгом Эйнштейна, но гениальность нельзя определить по микроскопическому строению нейронов.
Иван Пигарёв, современный нейрофизиолог, известен висцеральной теорией сна, согласно которой во сне мозг переключается на обработку сигналов от внутренних органов. В экспериментах на кошках зрительная кора, реагировавшая на свет при бодрствовании, во сне начинала отвечать на стимуляцию желудка.
Константин Анохин, внук Петра Анохина, занимается нейрофизиологией памяти и теорией сознания, подходя к проблеме как настоящий нейрофизиолог, опираясь на теорию функциональных систем и рассматривая мозг как гиперсеть подсетей. Он написал книгу вместе с Татьяной Черниговской, где хорошо разобрана история нейронаук.
Современная отечественная нейронаука тесно связана с практикой. Компания «Моторика» производит управляемые биоэлектрической активностью сенсоризованные нейропротезы рук. «Макс Бионик» также делает бионический протез руки в сотрудничестве с нейробиологами. Компания «Нейри» работает по многим направлениям: неинвазивный мониторинг активности мозга и её связи с эмоциями и нагрузками, инвазивная нейростимуляция для лечения болезни Паркинсона и других нарушений, а также эксперименты на животных, например голубь-биодрон с имплантированными электродами и видеокамерами, и стимулирование коров для увеличения надоев.
Нейронаука будущего станет симбиозом нейронауки и искусственного интеллекта.
Традиции Павлова, Сеченова, Бехтерева и Пигарёва, как надеется лектор, будут продолжены, и Россия ещё покажет миру свои достижения.
https://youtu.be/XgcgM8p3slg?si=9BRIY_6OqJZm1966
