Первым пациентом, получившим нейроинтерфейс от компании Илона Маска Neuralink, стал Ноланд Арбо. По словам Ноланда, летом 2016 года во время работы в детском лагере он вместе с другими молодыми людьми вбегал в озеро. В момент погружения под воду один из молодых людей с огромной силой ударил его в голову, что привело к вывиху четвертого и пятого шейных позвонков и тяжелейшему повреждению спинного мозга. В результате Ноланд оказался полностью парализован ниже плеч.

Чип под названием Telepathy был имплантирован ему в моторную кору. С помощью этого устройства Ноланд смог силой мысли управлять курсором на экране компьютера, играть в шахматы и видеоигры, а также самостоятельно пользоваться социальными сетями.

Поскольку голова у Ноланда абсолютно подвижна, он мог бы обойтись без инвазивного вмешательства, используя существующие ассистивные технологии, использующие движения головы.

На рынке давно представлены конкретные бренды таких устройств, делящиеся на два основных типа. Первый тип — это оптические трекеры мишеней, такие как HeadMouse Nano или TrackerPro. Они работают на основе инфракрасной камеры, установленной на мониторе, которая отслеживает небольшую светоотражающую наклейку-точку, размещенную на лбу или очках пользователя.

Второй тип — это носимые гироскопические мыши, например, Quha Zono или GlassOuse. Эти гаджеты крепятся на голову как гарнитура или очки и используют встроенные датчики движения, акселерометры и гироскопы, передавая координаты курсора по беспроводной связи без необходимости находиться в поле зрения камеры.

Клик в таких системах обычно осуществляется за счет задерживания взгляда на объекте или использования ротового переключателя, причем до операции Ноланд использовал обычную ротовую палочку-стилус.
KPRonline

Наличие подобных эффективных альтернатив обостряет этическую дискуссию о целесообразности трепанации черепа. Проведение сложной и рискованной операции на открытом мозге ради функций, которые можно продублировать внешним прибором за тысячу долларов, кажется нарушением биоэтической заповеди «не навреди».

Защитники нейроинтерфейсов возражают, что головные мыши требуют постоянного напряжения мышц шеи, вызывая сильную усталость, и спазмы. Кроме того, скорость и точность прямого считывания моторных намерений из мозга потенциально выше (хотя на самом деле нет), а конечной целью является создание моста для обхода повреждения, чтобы вернуть человеку контроль над его собственным телом, что для внешних устройств принципиально невозможно.

Второй важнейший этический аспект этой истории связан с форматом продвижения технологии Илоном Маском. Вся кампания вокруг Ноланда Арбо строилась по законам агрессивного коммерческого пиара: прямые трансляции в социальных сетях, демонстрация игры в шахматы, восторженные посты в блогах и громкие заявления о технологическом прорыве.

При этом на момент активного обсуждения в медиа полностью отсутствовали рецензируемые научные публикации в авторитетных медицинских журналах. Научное сообщество справедливо критикует такой подход, поскольку презентация медицинских экспериментов через социальные сети вместо строгой научной периодики нарушает стандарты прозрачности. Это лишает независимых экспертов возможности оценить реальную безопасность метода, точное количество работающих электродов, стабильность нитей, которые у Ноланда частично сместились, и долгосрочные риски для здоровья пациента. Подобная медийная стратегия создает неоправданные ожидания у миллионов тяжелобольных людей и превращает серьезное клиническое испытание в рекламное шоу, где уязвимый пациент невольно становится главным маркетинговым инструментом корпорации.