Концовка про изменения в греческом эллинистической эпохи из маленькой истории языка Николая Андриотиса.

Раздел «Новшества в лексике»; Андриотис использует слово νεωτερισμός, которое и в древности означало перемену, но часто имело и дурной оттенок смуты и революции, напр. νεωτερίζω τὴν πολιτείαν — устраиваю госпереворот*, поднимаю мятеж в государстве, ну а νεωτεροποιία — введение новшеств, восстание и всякий модернизм и обновленчество.

*μεμφόμεθα


«Многие древние слова в повседневном употреблении заменяются другими — тоже древними или более новыми. Характерно, что выходят из употребления обычно трудносклоняемые и маленькие: οἷς (овца) — πρόβατον («новогреческая" {НГ} овца), ὗς (свинья) — χοῖρος (свинья), μῦς (мышь), ποντικός (мышь), ναῦς (корабль) — πλοῖον (корабль/судно), ὕδωρ (вода) — νηρόν (НГ вода), ἰχθύς (рыба) — ὀψάριον (рыбка), ἄρτος (хлеб) — ψωμίον (хлебец), μισθός (плата) — ὀψώνιον (жалованье/паёк), ἐρυθρός (красный) — κόκκινος (НГ красный), χλωρός (бледно-зелёный) — πράσινος (НГ зелёный), λευκός (белый) — ἄσπρος (белый), μέλας (чёрный) — μαῦρος (НГ чёрный), τίς (кто?) — ποῖος (какой?), ὅς (который) — ὅστις (который), ὕει (идёт дождь) — βρέχει (НГ идёт дождь), ἐσθίω (ем) — τρώγω (ем), κορέννυμι (насыщаю) — χορτάζω (насыщаю/кормлю досыта), ποιῶ (делаю) — κάμνω (делаю).

Другие слова, наоборот, меняют значение. θυμός (гнев), которое означало «душа», ὀργή (гнев), которое означало «настроение», ὄρνις (птица) — «любая птица» — приобретают свои сегодняшние значения. Другие, особенно после появления христианства, приобретают более узкое, специальное значение, которое сохраняют до сегодняшнего дня: Χριστός (Христос), ἐκκλησία (церковь), ἱερόν (храм/святилище), νάρθηξ (нартекс/притвор), βάπτισμα (крещение), Κυριακή (воскресенье), λειτουργία (литургия/служба), ἐπίσκοπος (епископ), πρεσβύτερος (пресвитер/священник), διάκονος (диакон), ψάλτης (псалмопевец/певчий), ἄγγελος (ангел), διάβολος (дьявол), ἄρτος (хлеб), ζέον (горячая вода/кипяток), λάτρης (поклонник/служитель), μάρτυς (мученик/свидетель), μονή (монастырь), μοναχός (монах), ἡγούμενος (игумен) и т.д. Тогда и Ἕλλην (эллин/грек) приобретает значение «язычник/идолопоклонник», потому что пропитанные греческой образованностью воспротивились утверждению христианства.

Но и иностранные слова, особенно латинские, входят в греческий язык и из латыни, например: ἀσσάριον (ассарий), βιάτικον (дорожные деньги/припасы), δηνάριον (денарий), δικτάτωρ (диктатор), κάστρον (крепость/лагерь), κέλλα (келья/кладовая), κεντυρίων (центурион), κουστωδία (стража/охрана), λεγεών (легион), μίλιον (миля), μόδιος (модий), ὁσπίτιον (гостиница/жильё), πραιτώριον (преторий), σουδάριον (платок/полотенце), τίτλος (титул/надпись), φαμίλια (семья/домочадцы), φραγγέλιον (бич/плеть) и др., а вместе с ними некоторые латинские словообразовательные окончания: -inus, -anus, -ensis, -arius, как в Ἀλεξανδρείνη (Александрина), Χριστιανοί (христиане), Φιλιππήσιοι (филиппийцы), μηχανάριος (механик), νομικάριος (юрист/законовед).

Из Священного Писания входят еврейские слова, например: ἀλληλούια (аллилуйя), ἀμήν (аминь), βάιον (пальмовая ветвь/вайя), Βεελζεβούλ (Вельзевул), γέεννα (геенна), Ἰεχωβᾶς (Иегова), μαμωνᾶς (мамона), μάννα (манна), μεσσίας (мессия), Πάσχα (Пасха), Σαβαώθ (Саваоф), Σάββατον (суббота), Σατανᾶς (сатана), Σεραφείμ (серафим), Χερουβείμ (херувим), ὡσαννά (осанна), а также имена, такие как Γαβριήλ (Гавриил), Ἰάκωβος (Иаков), Ἰωάννης (Иоанн), Μάρθα (Марфа), Μαρία (Мария), Ματθαῖος (Матфей), Μιχαήλ (Михаил), Συμεών (Симеон) и др.

Из египетского языка входят ἡ βᾶρις (=βάρκα) (барка/лодка), ζῦθος (пиво), ἶβις (ибис), κόμμι (камедь/гумми), ὀθόνη (полотно/ткань), πάπυρος (папирус), ὄασις (оазис), и имена, такие как Ὀνούφριος (Онуфрий), Παφνούτιος (Пафнутий), Παχώμιος (Пахомий), а из семитских языков — ὁ ἀββᾶς (авва/отец), ἡ νάρδος (нард) и прочее.

Уже во времена преемников Александра Македонского распространение общего языка в их владениях было огромным: «Καὶ τὴν κοινὴν ἑλληνικὴ λαλιὰ ὡς μέσα στὴ Βακτριανὴ τὴν πήγαμεν, ὡς τοὺς Ἰνδούς», как говорит поэт, и восточные варварские народы, которым впервые открылась греческая культура, стремились научиться говорить и писать на «ἐν λόγῳ ἑλληνικῷ, ποὺ εἶν' ὁ φορεὺς τῆς φήμης» («греческом языке, который является носителем славы»). Это великое распространение греческого не только не ограничилось эпохой римского владычества, но, напротив, было поддержано восхищавшимися греческой культурой римскими императорами и духовными лидерами, которые способствовали ещё большему распространению и внедрению его на всём необъятном пространстве восточной римской державы, и превращению его в язык ойкумены, в незаменимое орудие культуры. «Τὰ ἑλληνικὰ ὑπὸ σχεδὸν πάντων τῶν ἐθνῶν ἀναγινώσκεται, ἐνῶ τὰ λατινικὰ ἐν τοῖς ἑαυτῶν ὁρίοις περιορίζεται.» («На греческом читают почти все народы, тогда как латинский ограничен своими границами»), — утверждает для своей эпохи (I в. до н. э.) Цицерон (Κικέρων). «Δι' ὑμῶν ὁμόφωνος πᾶσα ἐγένετο ἡ οἰκουμένη» («Благодаря вам вся вселенная стала единоязычной»), — говорит афинянам оратор II в. н. э. Аристид (Ἀριστείδης). Поэтому и эллинизированные евреи Египта перевели сами в III в. до н. э., при Птолемее (Πτολεμαῖος ὁ Φιλάδελφος), свои священные книги на современный им греческий язык, чтобы иметь возможность их читать. Так, не стремясь к тому, греки приобрели так называемую «Μετάφρασις τῶν Ἑβδομήκοντα» («Перевод семидесяти»), который охватывает весь Ветхий Завет, то есть ценнейший языковой памятник эллинистического греческого. Как язык всемирный, ἡ κοινή использовался и первыми проповедниками христианства для написания или перевода текстов Нового Завета.»