НАЦiОНАЛЬНОЕ ХРИСТiАНСТВО 2

В свое время грузинам и армянам, болгарам и румынам, грѣкам и полякам, финам и карелам повезло оказаться соседями русского народа, который и сам сохранил свою православную церковь, и их церкви спас, кого — от турецкой резни, кого — от немецкого сапога. И все отреклись от русской церкви, мол, "спасибо, конечно, но мы — сами по себе, у нас своя нацiональная (политическая, историческая, идеологическая) гордость и ваше варварство нам не указ; помогли нам и — хватит, дальше мы сами".

А давайте вспомним одно историческое событие, о котором не любят вспоминанать ни на Юге, ни на Западе, ни на Возтоке. Да и у нас на Сѣвере, пораженном европейской концепцией истории, тоже забыли и не желают вспоминать. Речь идет о соборе, на котором было решено свести все церкви в одну, в православную церковь Московского царства. При этом было особо указано, что Римская церковь вовсе лишается чести поминовения в числе церквей! Римская церковь — по научной, свободной от идеологии — истории есть церковь одновременно и Константинопольская и Иерусалимская. Мы совершенно не признаем исторический принцип раздѣления церквей. Но даже по этому довольно низкому принципу церкви не имеют право на раздѣление: дѣйствительные исторические события произходили в Цареграде, который часто по ошибочной исторической концепции называют Константинополем. В дѣйствительной истории, в событиях прошлого Первый Рим, Рим вообще и Иерусалим, это — один и тот же город. И евангельские события происходили не там, гдѣ в наше время находится город с названием "Иерусалим": он это имя получил совсем недавно.

По научной, не политической, истории первенство Константинопольской церкви есть свѣдетельство подлинных евангельских событий на берегах Босфора, а не в пустынях Палестины. И, казалось бы, первый номер — за нею, за церковью Константинопольской. Но наши предки решили иначе! Они тогда еще не были заражены европейским нацiонализмом, который появился уже послѣ того собора и за несколько вѣков полностью овладел нашими представлениями о том, как должен быть устроен современный международный миропорядок. Обратите внимание на слово "международный": это и есть живое свѣдетельство поражения нашего сознания европейской политической ересью.

До 17-го вѣка люди не знали, что государства могут строиться на национальной основе. Все страны с древнейших времен были империями, состояли из разных народов, и руководители этих государств были иногда не того рода, который считал себя "коренным" или "титульным" в той империи (тоже все — европейская зараза). Все это — понятия, навязанные нам уже поздней политической концепцией европейских государств-наций, уже послѣ 17-го вѣка. В имперский политической концепции родовая принадлежность гражданина или императора значения не имеет. Именно по этой причине церковный собор 16-го вѣка постановил, что у Церкви не может быть несколько отцов-патриархов. В мире — один Бог, один Христос, одна небесная Церковь-Мать и должна быть только одна земная церковь для всех христiан. И — слѣдовательно — один церковный владыка, один духовный император-патриарх. Таковым собор признал патриарха Московского.

Почему — Московский? Потому что Московское царство послѣ отуречивания Царяграда осталось главным христiанским государством? Потому что Русь-Московия была сильнее всех остальных царств в военном отношении? Каким было основание того решения? Таким же, как у нас сегодня — политическим, военным, историческим или идеологическим?