6 причин оспорить неоспоримое

Гончаров А.В. владел апартаментами в Сочи — 72 квадрата на улице Орджоникидзе. В феврале 2016-го купил их за 37,9 млн рублей. А в мае 2017-го продал Легоньких Д.М. за 40 млн. С рассрочкой. Первый платёж — 31 декабря 2018 года. Остальные 30 миллионов — до апреля 2019-го. То есть полтора года покупательница, по версии сторон, жила в апартаментах и не платила.

Затем, по утверждению должника, в октябре 2018-го Легоньких передала ему 35 млн рублей наличными. А в апреле 2019-го перечислила оставшиеся 5 млн на счёт. Стороны подписали акт: расчёты завершены, претензий нет.

А в июле 2019-го Легоньких продала те же апартаменты компании «Евростройхолдинг+» уже за 55 млн рублей.
В сентябре 2022-го Гончаров стал банкротом. Финансовый управляющий Захарчук П.М. пошёл оспаривать сделку.

Первый заход: отказ.
Суды первой и апелляционной инстанций в 2024 году сказали «нет». Но кассация вернула дело на пересмотр, задав неудобный вопрос: а где, собственно, 35 миллионов в банковских выписках должника?

Второй заход: успех.
Суды разобрали историю по частям и выяснили следующее.
Первое. Специальные основания Закона о банкротстве (ст. 61.2) не работали — сделка вышла за пределы периода подозрительности. Поэтому оспаривали по ст. 10 и 168 ГК РФ — злоупотребление правом.

Второе. 35 млн наличными не подтверждались ничем, кроме расписки и акта между самими сторонами. Ни банковских проводок, ни следов расходования. Должник утверждал, что погасил этими деньгами заём перед неким Искендеровым И.Э. на 23,6 млн. Но суды резонно заметили: если вы получили 35 млн в октябре 2018-го, зачем ждать полтора года, чтобы закрыть долг, по которому уже есть решение суда? Остаток в 11 млн, по словам должника, ушёл на «проживание и лечение родителей». Документов, привязывающих эти траты именно к деньгам от Легоньких, не нашлось.

Третье. Откуда у Легоньких взялись 35 млн наличными? Она сослалась на заём от Усса А.А. Тоже наличными. А чтобы объяснить, откуда деньги у Усса, представила нотариальное заявление своей бабушки, Бирюковой Г.Д.: мол, бабушка продала недвижимость в престижном районе Московской области и подарила внучке 40 млн. Суды оценили эту конструкцию скептически: бабушка продаёт дорогую недвижимость, чтобы внучка вернула долг человеку, который никаких претензий не предъявлял и в реестр не лез.

Четвёртое. Аффилированность. Банк «Траст» представил фотографии и материалы из открытых источников, из которых следовало, что должник, Легоньких, Усс и Искендеров связаны. Легоньких не явилась в суд лично и не представила паспорт для верификации. Суды сочли это красноречивым.

Пятое. Тайминг. Договор подписан 15 мая 2017-го, а переход права зарегистрирован только 12 октября 2017-го. Разницу в пять месяцев стороны не объяснили. Зато 29 сентября 2017-го — за две недели до регистрации — Гончаров стал поручителем по кредитам ООО «Трест Запсибгидрострой» перед Банком «Открытие». Суды указали: обязательства поручителя возникают с момента заключения договора поручительства, а не с момента требования кредитора (п. 7 Постановления Пленума ВС РФ от 24.12.2020 № 45). Должник знал, что кредитор придёт. И имущество ушло.

Шестое. Цена. Легоньких пыталась доказать, что рыночная стоимость апартаментов — 29,7 млн, а не 40. Суды не приняли: сама Легоньких через полтора года перепродала объект за 55 млн. Версию о ремонте и мебели, которые якобы подняли цену на 25 млн, ничем не подтвердила. Судебную экспертизу по цене не просила.

Итог. Сделка признана недействительной по ст. 10 и 168 ГК РФ. Последствия: с Легоньких в конкурсную массу взыскано 40 млн рублей (цена договора), задолженность должника перед ней восстановлена в размере 5 млн (единственный подтверждённый платёж). Кассация оставила всё в силе.

Суды активно и последовательно требуют показать хотя бы косвенные следы движения крупных сумм — банковские проводки, траты, налоги, покупки. А если вместо этого предъявляется цепочка из займов наличными, бабушки с подмосковной недвижимостью и контрагентов, которые не предъявляют требований, — суды начинают задавать вопросы, на которые отвечать обычно некому. Потому что бабушка в заседание не приходит, займодавец не приходит, а покупательница предпочитает не показывать паспорт.

И да: полтора года рассрочки за апартаменты в Сочи — это не коммерческое условие. Это пауза, чтобы дождаться, пока поручительство станет проблемой, а недвижимость — чужой собственностью.

📖 «Арбитражное чтиво»