Hoavi

До 23-х лет я жил на седьмом этаже барнаульской девятиэтажки – примерно моей ровесницы. В один из приездов на малую родину (в ту же квартиру) я услышал забытый звук – когда лифт останавливается, прежде чем открыть двери, он пару секунд издаёт низкочастотный вибрирующий стон, который одинаково хорошо слышен в любой точке квартиры – причём звучит где-то в горле. Я никогда не думал, откуда берётся этот звук. Но благодаря апрельскому релизу «Architectonics» питерского продюсера Кирилла Васина (он же Hoavi) у меня хотя бы появилась версия.

Васин много лет увлекается музыкой гамеланов – традиционных индонезийских оркестров, в которых музыканты извлекают звуки, стуча палочками и молоточками по разнообразной металлической перкуссии. Десятки рук синхронно выводят мелодические и ритмические фигуры, лязгающие и фактурные. Моему уху сложно не слышать в этой музыке родство с электронными жанрами, будь то IDM или джангл, с поправкой на то, что гамелан на много сотен лет старше электричества. Я никогда сознательно не слушал записи гамеланов, но то и дело встречал их звуки в гомеопатических дозах в композициях Xiu Xiu или Aphex Twin.

Все 2010-е Кирилл Васин работал в поле техно-даба и эмбиента – в его записях не было явных следов увлечения гамеланом. А вот музыка альбома «Architectonics» этими следами испещрена. Васин долго шёл к тому, чтоб пустить гамелан в своё творчество. Сперва он записывал звуки металлической перкуссии, чтобы было с чем работать. Затем он собрал из них альбом, который ему не понравился (и не был выпущен). И тогда он сделал второй альбом – и тот тоже показался ему неудачным и был отбракован. И только после третьей попытки, как в сказках, он записал тот «Architectonics», который и был выпущен в этом апреле.

Надо понимать, что «Architectonics» остаётся зданием, построенным по европейскому чертежу – пусть даже из индонезийского кирпича. После альбома Hoavi я всё же послушал записи гамеланов (например, эту имбу) и услышал там совсем другие структуры, плотности и эффекты. Музыка гамелана идёт каскадом, то нарастая, то опадая. У Hoavi звон металла разрежен и чаще звучит короткими очередями или же затягивает пространство дождливой пеленой где-то у горизонта слуха.

На «Architectonics» присутствуют и гудящие басы, и семплированные паттерны, и шипение (плёнки?), и реверберация – все обычные атрибуты мрачной низкочастотной электроники. Стоит сказать, Кирилл практически выскоблил привычные элементы из своей музыки, так что стенка, отделяющая его техно-даб от какого-то совсем иного мира, очень тонка.

Альбом получился захватывающим и самобытным. Но и в нём хочется выделить пару наиболее эффектных треков. В «Song of the Forgotten» уместно добавлены мягкие пассажи саксофона, звучащие поверх негромких звонов, будто сыгранных каплями ливня. Эти пассажи напомнили про сакс на раннем глитч-альбоме Appart «Duplex». А в загадочной и величественной «After The Cyclone» я как раз и услышал тот останавливающийся барнаульский лифт, который напоминал о себе своей вибрирующей нотой помногу раз за день в мои юные годы – теперь я думаю, что кабина при остановке задевала какую-то металлическую пластину. Ту же ноту я потом услышал и у музыкантов из Индонезии.

Слушать: Spotify, Apple Music, Deezer, Bandcamp
Текст: Алексей Боровец