В посте, посвященном роману К. С. Льюиса «Переландра», я отметил, что в данном произведении имеются параллели с посланием к Римлянам в толковании грехопадения человека.
Противник соблазняет Королеву самостью: он указывает, что человек должен достичь независимости от Творца:
«Ты будешь принадлежать только самой себе, этого и хочет от тебя Малельдил».
Также искуситель пытается показать Королеве величие, которого она может достичь, если нарушит заповедь Творца: для этого он обращается к примерам из истории человечества, стараясь описать достигнутое людьми величие во всех его видах.
Фактически, Льюис описывает то, что искуситель пытается заставить Королеву сделать из себя кумира самой себе: на первом месте в её жизни должна быть она, а не Творец, и уж тем более Король.
Это становится особенно явным, когда Ренсом указывает Королеве, что она не Малельдил, чтобы решать, что для Короля хорошо.
В Послании к Римлянам имеется схожий фрагмент:
1:23 и изменили славу нетленного Бога в подобие образа тленного человека, и птиц, и четвероногих и пресмыкающихся.
Очевидно, что этот стих направлен против идолопоклонничества, но в широком идолопоклонничеством можно назвать служение самому себе, другому человеку, великой идее, величию — в тех случаях, когда это застилает от человека самого Бога. Именно этого и искал искуситель в Эдеме: он не принуждал человека напрямую отречься от Бога, он лишь «помог» человеку неправильно расставить приоритеты, поставив себя на место Творца. Схожая идея, как мы видим выражена Льюисом и в «Переландре».
#литература@antisigmas
#Рим