"...на мольберте стоял холст Врубеля. Большая странная голова с горящими глазами, с полуоткрытым сухим ртом. Все было сделано резкими линиями, и начало волос уходило к самому верху холста. В лице было страдание. Оно было почти белое.
Придя ко мне, Шаляпин остановился и долго смотрел на полотно:
- Это что ж такое? Я ничего подобного не видал. Это же не живопись Я не видал такого человека.
Он вопросительно смотрел на меня.
...
- А нарисовано как!- сказал Серов. - Глаза. Это, он говорит, "Неизвестный".
- Ну, знаешь, этакую картину я бы не хотел у себя повесить. Наглядишься, отведешь глаза, а он все в глазах стоит...

Шаляпин повернул мольберт к стене, чтобы не видеть головы Неизвестного.
- Странный человек этот Врубель. Я не знаю, как с ним разговаривать. Я его спрашиваю: "Вы читали Горького?", а он: "Кто это такой?" Я говорю: "Алексей Максимович Горький, писатель". - "Не знаю". Не угодно ли? В чем же дело? Даже не знает, что есть такой писатель, и спрашивает меня: "А вы читали Гомера?" Я говорю: "Нет". - "Почитайте, неплохо... Я всегда читаю его на ночь".
- Это верно,- говорю я,- он всегда на ночь читает. Вон, видишь, под подушкой у него книга. Это Гомер.
Я вынул изящный небольшой томик и дал Шаляпину. Шаляпин открыл, перелистал книгу и сказал:
- Это же не по-русски.
- Врубель знает восемь иностранных языков. Я его спрашивал, отчего он читает именно Гомера. "За день,- ответил он,- устанешь, наслушаешься всякой мерзости и скуки, а Гомер уводит...".
(К.Коровин. Шаляпин. Встречи и совместная жизнь.)