Пока все перечитывают «Одиссею».

Признаюсь сразу в своей предвзятости: пару лет назад познакомилась с Павлом Селуковым в редакции журнала «Знамя». Он рассказал историю, описанную в книге, — о том, как в нулевые закрывал в Перми подпольные казино, — чем сразу меня покорил.

«Пограничник» — лихой, бедовый, откровенный, местами абсолютно безумный автофикшен (а может быть, и нет), который, наверное, можно сравнить с «Эдичкой» Лимонова, — о взрослении и жизни в рабочем районе Перми.

Мужской опыт взросления в максимально агрессивной среде очень сильно отличается от женского, а пишут мужчины гораздо реже, поэтому Селуков сильно выбивается из ряда — чем и привлекает внимание. Для меня эта история не о ментальном заболевании, я прочитала «Пограничника» скорее как свидетельство времени.

Тут должны быть все TW: насилие, наркотики, смерть, болезнь.