Кора 7 (продолжение)

Разговаривать трудно, почти невозможно. Я произношу мантры внутри, они повторяются и задают ритм шаг за шагом. Один шаг, потом другой. На коре нет необходимости, да и возможности спешить.
Кто-то ходит молча, другие шепотом читают мантры, некоторые крутят в руках молитвенные барабаны, аккуратно переступая тех, кто делает простирания, растягиваясь всем телом на заснеженных камнях или даже опуская лицо и голову в земляную жижу, их лица и одежда вымазаны священной грязью.

Многие останавливаются по пути, не только чтобы отдохнуть, но и почувствовать, что происходит, поделиться моментом с окружающими, улыбнуться и продолжить.
Мне тяжело, я медленно переставляю ноги и очень изредка делаю 5 вдохов из взятого утром в кафе одного баллончика. Мои 10 минут кислорода я удачно растягиваю на 8 часов. Так что баллончик служит скорее попыткой заземлиться и не улететь, чем реальной помощью. Мне хочется найти какой-то свой срединный путь между тем, чтобы героически пройти и чтобы не выпендриваться и сдаться на милость горе, перевалу, миру.

Путь через перевал Долма Ла сделан из камня, ветра, пыли и бесчисленных шагов — но для тех, кто идёт по нему, путешествие является скорее внутренним. Здесь ходили люди на протяжении множества поколений, еще до того, как в эти места пришел буддизм, а может и до того как тут появилась религия Бон, считающая Тисе, как они называли Кайлас, космическим центром.

Для альпинистов гора — объект покорения, гору надо победить, завоевать.
Для паломника священная гора совершенна, это я должен изменить себя, обходя её, ее не надо покорять, это она покоряет меня.

Об этом всем я размышляла, пока брела в начале вверх, а потом вниз, и когда увидела часть нашей группы, сидящей на обочине дороги и обсуждающих нашу дальнейшую жизнь с гидом.

Гид, увидев усталость группы, предложил не идти последние километры пешком на третий, следующий день, а сегодня проехать их до Дарчена по дороге, чтобы завершить петлю коры.

Часть группы с облегчением согласилась, другие сомневались в том, засчитается ли вот такое облегчение жизни за полноценное паломничество. Но комфорт, теплый душ и нормальные условия манили, а больше всего манило, что можно еще чуть-чуть снизить высоту в надежде, что отпустит скованную горной болезнью как-будто тисками голову. Впрочем один из команды, и как раз тот, которому было не очень просто на пути, предложил вернуться завтра в эту точку и дойти последние километры пешком. Впрочем, мы все точно знали, что мы легко их пройдем утром, там уже нет особенных для нас трудностей, высота привычная, путь идет вдоль дороги по-над одной из рек, вытекающих из района Кайласа. Их всего там 4, да еще какие! Это крупнейшие реки Южной Азии:
Инд, который спешит на северо-запад,
Сатледж сворачивает на запад, Брахмапутра направляет свои воды на восток, а Карнали, оправляется на встречу с Гангом на юг.

Мы решились, и последний кусочек пути мы смотрели в окно автобуса на тех, кто брел по пыльной дороге, решив пройти петлю пешком до конца. Но автобус, а точнее автобусы, в один из которых мы сели, были наполнены, много паломников приняли такое же решение. Через пару дней мы поняли почему.
Эта кора с ее сакральной и сложной частью пройдена.


На следующий день нас ждали священное озеро Маносаравар, монастырь у озера и понимание, что мы должны возвращаться с Коры опять самолетом в Лхасу, а наша автодорога на Лхасу так и не открылась. Как и переходы на Непал - наш самый первый запланированный вариант маршрута. Был еще один путь: поехать северной дорогой, где нам предстояло трястись в автобусе или в джипах пять дней по довольно однообразной дороге без особых бонусов.

Все в группе сказали: пусть уж судьба берет деньгами. Так что это были опять дополнительные траты на авиабилет, которые успели нам купить наши непальские партнеры («прилетите, потом деньги вернете» – говорю же, святые люди), но и прекрасная возможность: мы могли за сэкономленные на дороге дни посетить в священной Лхасе и вокруг нее те места, которые не успели.