#чтогдекогда

Дмитрий Белкин о выставке Марьи Дмитриевой и Елены Немковой «Пик Неопределенности» в галерее Anna Nova. Часть 1:

В петербургской галерее Anna Nova проходит выставка «Пик Неопределенности» Марьи Дмитриевой и Елены Немковой. Проект объединяет две разные художественные практики, обращающиеся к отношениям природы, человека и созданной им среды. О том как и каким получится проект мы поговорили с куратором выставки – Дмитрием Белкиным.

— Никто из вас, ты и обе художницы, не были знакомы между собой. Во время открытия было подчеркнуто, что вас связала инициатива галереи Anna Nova. Как складывалось ваше общение?

— Действительно, лично знакомы до выставки в Anna Nova мы не были. Хотя я, например, видел работы Марьи на выставках, а Лену знал по каталогам (если вы откроете каталог, например, 2-й Уральской биеннале или Трехтомник Джеузы про видеоарт, то встретите там работы Лены). А Лена, например, видела выставку Федора Хиросигэ и Нестора Энгельке, которую я курировал в ГРАУНД Солянке.

Собственно, идея совместить Лену и Марью — инициатива галереи, которую я быстро прочувствовал при знакомстве с художницами: есть множество формальных перекличек в их творчестве, и много удивительных совпадений в биографии.

Тот опыт парной выставки в Солянке был оценен галереей, которая была одним из организаторов. Поэтому меня пригласили сделать парный проект уже в пространстве галереи в Петербурге. Хотя схожесть этих задач совершенно иллюзорна. Солянка — слоистое историческое пространство из начала 20 века, и галерея Anna Nova — белый куб из 2000-х (хотя уже в процессе работы я быстро понял, что белокубность галереи обманчива — на самом деле, все залы там совершенно разные по конфигурации. их «понятность» обманчива. и меня это очень возбудило — войти с таким пространством в какие-то отношения, соблазнить его или, наоборот, пойти за ним.

Собственно, и Федя с Нестором, давние знакомые, долгое время разделяющие одну мастерскую и работающие с одним материалом, и Марья с Леной — разные географии, медиумы, интонации, разные модусы практики. И незнакомые лично люди. Это меня тоже заинтриговало: не имея какой-то истории отношений с людьми или работами, провалиться в них, найти способ с ними сблизиться, отразиться в них.

Поэтому наверное месяц общения и еженедельных зумов мы просто знакомились, пытались выстроить общие контуры проекта и найти точку опоры. Найти совпадения между нами всеми. Потихоньку произведение за произведением что-то складывалось. Один эскиз зацеплялся за другой (напомню, что почти все работы (кроме одного холста, и графической серии Лены) на выставке — новые) и что-то вырисовывалось. Но потом оказывалось, что это тупик. Мы вползали в какой-то шаблон, интонацию, тему, в которую идти не хотели, которая кому-то из нас была не близка. И так мы «блуждали по лесу» друг с другом, достаточно долго блуждали. Некие несдвигаемые точки, которые не менялись бы, формировались очень тяжело. Поэтому мы уставали очень сильно — от этой неопределенности, и от нашей разницы в том числе. Что гладко и просто не получается. Поэтому в какой-то момент спонтанно родился этот образ блуждания, того, что мы находимся в пике неопределенности, а дальше последовал и образ горы, который всплывал и раньше.

— Как ты формулировал свою задачу как куратора не будучи знакомым с авторами и не видя работы?

— То, что мы не были знакомы, как я написал, меня не пугало. Потому что это тоже творческий вызов и интересная творческая задача. Тем более спокойно я к ней отнесся, потому что обе художницы мне были симпатичны по работам. А после знакомства — пусть и онлайн через зум — меня и Лена, и Марья заинтересовали еще сильнее, потому что я увидел историю за работами и узнал их творческий путь. Было интересно, что мы можем придумать вместе, как мы можем вместе срастись. Я вообще скорее открыт к разным людям, и мне интересен такой опыт неожиданно радикального творческого сближения — писать вместе, делать выставки вместе. Особенно, опять же, если художественный язык другого человека мне интересен.