Похоже, что Украина, как и Франция, пройдет через формат "пяти республик", но есть нюанс...

У нас широко известна концепция, изложенная в книге Бориса Ложкина "Четвертая республика", но она противоречит ряду принципов построения исторических проектов.

Исторические проекты во времени сопрягаются преемственностью и "отрицанием отрицания".

Ложкин выделял четыре республики:

1. УНР (1917-1920).

2. УССР (1921-1991).

3. Украина (1991-2014).

4. Украина (2014- ....).

Очевидно, что проект УНР не смог кристаллизоваться на основном ареале развития украинской нации, институционально оформиться и сформировать историческую преемственность.

Проект УССР после принятия корпуса законов о декоммунизации перестал быть частью нашего официального государственного нарратива, трансформировавшись в "колониальный проект советской оккупации".

На мой взгляд, можно сформулировать следующие исторические проекты в зависимости от формирования надстройки или класса-гегемона:

1. Посткоммунистическая республика (1991-1994) - класс-гегемон в виде партийных правящих групп.

2. Олигархическая республика (1991 - 2014) - класс-гегемон в виде олигархов и их административной обслуги.

3. Активистская или грантовая республика (2014 - до сегодняшнего времени) - класс-гегемон в виде активистской части общества, финансируемой извне с помощью грантовой инфраструктуры.

4. После войны, вполне возможно, на этапе переходного периода сформируется "военная республика" с классом-гегемоном в виде военной буржуазии.

Но финальной формой, с учетом процессов деиндустриализации, разрушения демографического и инфраструктурного потенциалов, станет "аграрная республика".

Потому что наявных производительных сил хватит лишь для организации аграрного цикла: ветряк вместо АЭС, относительно небольшая часть экономически активного населения, баллон с газом вместо ГТС и т.д.

Классом-гегемоном станут крупные землевладельцы, владеющие по 500 тыс га и более.

В какой-то мере, реализуется идея Липинского, изложенная в его "Письмах братьям-хлеборобам".

В идейном противостоянии Донцов vs Липинский, побеждает второй.

Донцов, который родился в Мелитополе, все же делал ставку на промышленный уклад, усматривая разрушение России как механизм долгосрочного освоения Украиной ресурсов Донбасса и даже Северного Кавказа.

А Липинский мечтал о "земледельческой монархии".

Но есть ряд нюансов, которые он не учел, например, форму собственности на землю.

А также такой ключевой момент - земледельческий уклад и практически нулевая фертильность населения (он думал, что "на своей земле" рождаемость будет расти по прогрессии).

Или такой вопрос: решение фактора безопасности для аграрной страны, когда рядом с ней есть соседи - геополитические хищники, у которых есть промышленность.

Поэтому ожидания Липинского касательно наших политических элит ныне звучат слишком наивно:

"Коли нова українська провідна верства потрафить вивести Україну з її траґічного положеня між Польщею і Москвою так, щоб, одділяючись од Варшави, не утонути в Москві, а одділяючись од Москви, не утонути в Польщі.

Без цього Україна останеться на завжди або недорущеною Польщею, або недопольщеною Русю і вся боротьба за незалежність українську кінчатиметься завжди новим поділом України між Польщею і Москвою".

Липинский выделял три формы будущего устройства Украины:

"Три тільки ідеї політичні і три тільки методи орґанізації маємо ми для розвязаня оцих основних проблємів нашого державного буття:

- Охлократію з диктатурою.

- Демократію з республикою.

- Класократію з правовою — законом обмеженою і законом обмежуючою — монархією".

Квазидиктатура вполне возможна в ближайшее время, особенно в контексте построения "военной республики".

Шанс на построение демократического республиканского проекта тает с каждым годом войны.

Поэтому, "аграрная республика" с классом-гегемоном" в виде большого аграрного бизнеса - это и финальный проект и завершение исторического кольца развития: с чего начали (казацкая республика) к тому и приходим. Историческая диалектика.