Буддизм и индивидуализм

После Бродяг Дхармы Керуака (1958) принялась за Evolving Dharma Джэя Майклсона (2013). Первая книга описывает личные приключения молодого Керуака в жирные американские пятидесятые и эпоху битников. В центре повествования - духовный путь героя, устланный медитативными свершениями, философскими беседами, путешествиями, пьянками и оргиями. Вторая - описание современного (преимущественно белого) американского буддизма.

Эволюционирующая/развивающаяся дхарма (2013) Майклсона уже не самый актуальный обзор, но её преимущество в том, что помимо описания всевозможных буддийских и медитаторских кружков на западе, она содержит личные переживания и рассуждения автора. Майклсон - американский журналист, автор, раввин и учитель буддийской медитации в традиции Тхеравада, а ещё гей и активист страшно запрещённого в РФ движения ЛГБТ+

Как довольно типичный представитель современного западного буддизма, Майклсон рассуждает о развитии буддийской медитации с точки зрения общества, истории, этики и модернистских представлений о буддизме. Книжку только начала, но уже прослеживается основная отличительная черта современной американской дхармы - индивидуализм, конечно.

Современная индивидуалистичная Дхарма проявляется в огромном множестве форм, подстраиваясь под самые разные проявления человеческих склонностей. Тут и массовые продукты, и суб- и контркультурные. Есть дхарма-панки, есть дхарма-хардкорщики, есть дхарма-гики, но все они вышли так или иначе из дхарма-бамсов (ака бродяг дхармы).

В Бродягах показаны зачатки той духовной культуры, которая сейчас цветёт максимально пышным цветом в западных странах. Там сочетается неприязнь к нормам американского общества, исследовательский интерес к буддийской культуре и индивидуалистичное отношение к буддийской традиции. Что это значит на примере Бродяг? И что с этим не так?

Отторжение норм обывательского общества происходит в угоду неограниченной свободе и нарушению в том числе и общепринятых моральных норм, без особого интереса к моральным нормам новой религии. Например, в самом начале идёт цена с подружкой главного героя, которая представляется Принцессой и спит со всеми присутствующими, мотивируя свою неразборчивость устремлением бодхисаттвы. Сексуализация буддизма продолжается на протяжении всего повествования, где идеалы монашества ловко переплетаются с достаточно легкомысленным поведением и, конечно же, алкоголем.

Я ничего не имею против пьянства и разврата. Подобного рода переплетения наблюдаются в тантрической традиции индуизма и буддизма, но не веселья ради. Намеренное нарушение моральных норм в традиции, во-первых, занимает маргинальное место, а во-вторых, диктуется продвинутой духовной мотивацией. Выход за рамки дуальности, подчинение животного начала духовному и использование чувственного опыта для достижения духовных реализаций. Это про другое. А просто так бухать и валяться каждый дурак умеет.

Ещё одно проблематичное проявление индивидуализма - это вольная интерпретация дхармы. Буддийские термины упоминаются часто, но очень неточно. Искажение смысла терминов вроде бхиккху (монах) именно с буддийской точки зрения считается кармой не очень хорошей. Героям явно интересна сама тема, но собственным представления о ней они ставят выше смыслов изначально в эти слова заложенных. Конечно, сейчас гораздо больше источников по теме и они гораздо качественнее. В частности поэтому многие глубокомысленные прогоны героев произведения, даже самых духовно-искушённых, звучат очень комично.