Тут, из соседней комнаты, вышла девочка-подросток, лет 17, её лицо излучало недоумение:

- Талья, ну зачем ты так!?
- У тебя никогда нет для меня времени! Тебе телефон дороже! "Не сейчас!", да "Не сейчас!", а потом маме жалуешься, что я тебе надоедаю! И мама тебе верит, а меня ругает! У меня нет сестры! Вместо неё кто-то живёт со мной в одной комнате. Вот так!

На глазах у Тальи снова выступили слёзы, и мама, и сестра не понимали, как реагировать на её слова и я сделал вывод, что присутствую в момент "взрыва истины" - когда у Тальи просто больше нет сил и желания молчать.
Ширли глубоко удивилась услышанному в её адрес, а по её багровому лицу быстро стало понятно, что она явно в чём-то не права и это стало настолько явно, что и у неё больше не было сил сдерживаться: Ширли упала села перед Тальей на коленки и крепко обняла её, не сдерживая слёз, будучи не в состоянии подобрать подходящих слов, а бросив взгляд на маму, я понял, что и она не далека, от этого же состояния. В такие моменты - сторонам нужно дать возможность выплеснуть всё, что накопилось выговориться, что я и делал всё это время...

Полунемая сцена слёз и объятий продолжалась ещё, примерно четверть часа, Орли продолжала обнимотерапию, а я фиксировал происходящее в таблет.
После того, как Ширли ещё немного посидела рядом с Тальей, крепко держа её за руки, а затем - удалилась в свою комнату, а мама и Талья понемногу успокоились, я приступил к переформатированию мировосприятия Талья, но не ожидал, что Орли ко мне подключится, даже опередив:

- Я тебя очень понимаю, Талюша. В твоём возрасте и надо мной издевались в школе, и у меня не было подруг, а знаешь, что было самое ужасное? Мне некому было жаловаться, потому что школа была в другом городе, мои мама и папа долго и тяжело работали, а братья и сёстры были слишком взрослые и занятые, чтобы заниматься моими проблемами. Я совершила кучу ошибок, о которых жалею и я очень хочу, чтобы ты их не совершала. Я видела твои награды на стене - ты очень талантливая девочка, у меня наград не было вообще - я тобой горжусь и даже немножко завидую. Была бы я твоей одноклассницей, я бы дружила именно с тобой.

На лице Талья, впервые появилась улыбка, Талья впервые удобно устроилась на диване и начала чувствовать себя свободнее и впервые начала разговор:

- А мои подруги...

Но вот тут, я и начал переформат:

- Они тебе не подруги, Талюля. Они - не понятно кто вообще, потому что подруги не издеваются над подругами и не сплетничают у тебя за спиной, а другого эти твои горе-одноклассницы не умеют и не хотят. Скажу более резко - это и есть вершина их уровня развития. У тебя есть грамоты и награды? А у них нет и они завидуют. Им неприятно признавать свою глупость, перед твоими успехами. Им нечем понимать, что успехи требуют усилий, а не сплетен и издевательств. Им нечем думать - нет у них такого органа.

Талья заметно оживилась, а я продолжил:

- Пойми правильно, Талюля: если кто-то сплетничают за твоей спиной, это значит только то, что ты впереди, а они сзади и их это бесит. Бесит осознание их собственной никчёмности. Ты лучше их, умнее, активнее и я уверен - красивее их. Посмотри, какие у тебя яркие черты лица! А они, наверняка каждый день рисуют себе каждое утро "новую рожу" маминой косметикой. Умой их - и что за убожества ты увидишь? Они ужасно этого боятся. Ты для них - показатель того, какое они никто. Они могут, хоть лаять, хоть хрюкать в твой адрес...

⬇️ Продолжение