Ай гоу ту Хайфа

5 сентября 1972 года, 54 года назад, в Мюнхене (ФРГ) террористы группировки «Черный сентябрь» захватили заложников – спортсменов сборной Израиля, выступавших на проходивших в это время Олимпийских играх. В тот день погибли двое спортсменов: тренер по борьбе Моше Вайнберг и тяжелоатлет Йосеф Романо, еще 9 человек были захвачены. События этого беспрецедентного теракта на Олимпиаде 1972 года достаточно подробно описаны и задокументированы. Вот общая канва событий: восемь террористов ночью проникли на территорию Олимпийской деревни и ворвались в помещения, где жили израильские спортсмены. Двое из них, пытавшиеся оказать сопротивление, были убиты на месте. Еще 9 человек были захвачены. Террористы выдвинули требование по освобождению палестинских заключенных из тюрем Израиля и двух заключенных террористов из Германии. Переговоры об освобождении из тюрем быстро зашли в тупик, а вот требование предоставить два самолета в Каир было принято. Террористы вместе с заложниками на автобусе прибыли 6 сентября в аэропорт Фюрстенфельдбрук, где их ждала засада, организованная немецкими полицейскими. Предпринятая ими попытка освобождения заложников позже была признана одной из самых провальных операций такого рода: полицейские, не проходившие специальной подготовки, сумели убить пятерых из восьми террористов, потеряв одного из своих, но не выполнили главную задачу – никого не смогли спасти: террористы в ходе штурма расстреляли всех заложников.
Первой жертвой этого теракта стал Моше Вайнберг. Он родился в 1939 году в Хайфе, в семье репатриантов из Польши, друзья называли его Мошик. На спортивном поприще он был борцом греко-римского стиля и дважды становился чемпионом Израиля в легком весе. Выступал за клуб «Хапоэль Хайфа». В 25 лет он получил тяжелую травму колена, которая закрыла ему путь на соревнования, но Моше не ушел из спорта, став тренером и в 33 года он был назначен главным тренером олимпийской сборной Израиля по борьбе. Это был очень спокойный и ответственный человек, и это была первая его олимпиада, на которой он отвечал за других спортсменов. Когда напали террористы, он первым услышал подозрительный шум и в пижаме выскочил коридор, где тут же был ранен выстрелом в щеку. Его связали и приказали вести в квартиру, где спали спортсмены. Он завел их туда, но при первой же возможности поднял тревогу, бросившись на одного из них. Из показаний Гади Цабари, одного из выживших: «Моше крикнул нам бежать и бросился на одного из террористов». За это он получил сразу несколько пуль, его тело вынесли на балкон, а затем бросили во двор, где его потом и обнаружили немецкие полицейские. Благодаря действиям тех, кто сопротивлялся, часть членов сборной сумели сбежать и выжить.
Из спортсменов, за которых отвечал Моше Вайнберг, трое были его учениками из Хайфы. Двое из них – Гади Цабари и Шауль Шнидер – выжили, а вот Марк Славин погиб. Причем по показаниям Цабари, Моше и погиб, когда увидел под прицелом Славина, и попытался его спасти.
В фильме Спилберга «Мюнхен», посвященным этим событиям, роль Моше Вайнберга играл Гури Вайнберг. По сути – однофамилец, хотя Вайсберг – это его фамилия по отчиму. А фамилия актера при рождении – Шпицер, и он – сын тренера, погибшего в Мюнхене, но не Моше Вайнберга, а Андре Шпицера – тренера по фехтованию.
Моше похоронен на кладбище Кирьят-Шауль в Тель-Авиве, рядом с ним захоронены восемь погибшие члены олимпийской сборной. Из уважения к ним, перечислим их имена: Йосеф Романо, Йосеф Гутфройнд, Кехат Шор, Элиэзер Халфин, Марк Славин, Яаков Шпрингер, Амицур Шапиро, Зеэв Фридман. Андре Шпицер и Давид Бергер похоронены отдельно от других.

4 сентября 2011 года, 15 лет назад, в Акко открылся новый городской стадион. Старый стадион в народе назывался «Наполеон» и его закрыли из-за строительства железной дороги. Поэтому «Хапоэль Акко» временно потеряла свой «домашний стадион» и два сезона играла в Нацрат-Илите.
Строительство стадиона на 5000 мест обошлось примерно в 50 млн шекелей, в качестве компенсации за снос старого стадиона одним из фактических спонсоров строительства стали Израильские железные дороги, потому что выплатили городу компенсацию за снос старого стадиона ради строительства новой железнодорожной ветки. Также в финансировании принимали участие: мэрия Акко, совет по спортивным лотереям «Тото» и министерство развития Негева и Галилеи. Из-за привлечения совета по спортивным лотереям, поэтому название нового стадиона прижилось «Тото Акко».
Открылся новый стадион товарищеским матчем между командами «Хапоэль Акко» и «Маккаби Хайфа», причем команда Акко проиграла со счетом 0:2.
Первый официальный матч лиги состоялся здесь спустя неделю, 12 сентября, и на этот раз команда «Хапоэль Акко» выиграла команду «Хапоэль Беэр-Шева» со счетом 1:0.
Сейчас этот стадион считается одним из самых современных во всем Северном округе (разумеется, после стадиона Сами Офер в Хайфе). Его максимальная нагрузка пришлась на первую неделю августа 2016 года, когда за одну неделю здесь состоялось 4 официальных матча. Причина: у команд не было разрешения играть на стадионах Сами Офер, Кирьят-Шмона и Доха, поэтому выбрали ближайший подходящий стадион.
Что вам кажется более логичным: когда стадионы называют в честь известных исторических лиц или когда в честь спонсоров строительства, как например Сами Офер в Хайфе?

3 сентября 1260 года, 766 лет назад, в битве при Айн-Джалуте, до этого считавшаяся непобедимой конница монголов впервые потерпела сокрушительное поражение. Долина Джалута (Голиафа), современное название которой долина Харод, расположена между городами Афула и Бейт-Шеан. В тот день конница монголов под предводительством Китбуга встретилась там с египетским войском мамлюков султана Кутуза и его военачальника Бейбарса, который подготовил стратегию боя. Заключалась она в следующем: передовой отряд мамлюков напал первым, а потом побежал, заманивая погнавшихся за ним монголов в узкую долину между холмами, где их уже поджидал Кутуз с главными силами. Монголов зажали в кольцо и ударили по ним со всех сторон одновременно. Когда исход боя уже был ясен, Китбуга отказался сдаться и погиб в рукопашной схватке, оставшиеся монголы пытались прорваться и бежать, но их добивали. Пленных почти не было – убили даже тех, кто пытался сдаться. Так рухнул миф о непобедимости монгольской конницы.
Потом объективные причины этого поражения, конечно же, были найдены. Главная из них: к монголам пришло известие о смерти великого хана Мункэ, и Хулагу-хан, командовавший конницей монголов, поспешил на родину, уведя с собой основную часть войска. Китбуга был одним из его военачальников, которому он оставил 10-20 тысяч всадников. Мамлюков было 20-25 тысяч, то есть превосходство было на их стороне. А хитрый план Бейбарса (кстати, такой, каким часто пользовались сами монголы), лишил их в узкой долине главного преимущества – быстроты и маневра. Надо еще отдать должное личной храбрости самого Кутуза: в самый ответственный момент боя он скинул шлем и стал сражаться с криком: «О Ислам!» («Ва ислама!»), показывая пример воинам. Монголы же явно недооценили противника: ведь до этого они под предводительством Хулагу уничтожили даже знаменитых ассасинов, взяли без длительной осады Багдад, Алеппо и Дамаск. И поэтому Хулагу вполне обоснованно считал, что отряда Китбуги вполне достаточно, чтоб разгромить мамлюков и взять Каир.
Еще иногда говорят о том, что в войске монголов сами монголы составляли только костяк, ведь среди тех, кто пытался сдаться, были армяне, грузины, сирийцы и даже франки. Но ведь верно и то, что мамлюки тоже составляли лишь костяк армии, а кроме них были ополченцы из Каира, бедуины и добровольцы из числа мусульман. Так что победа мамлюков – вполне «законная», хотя против всего войска Хулагу они вряд ли смогли бы выстоять.
И тут возникает важный вопрос: а откуда вообще среди монголов столько христиан, в том числе даже некоторое количество «франков», то есть крестоносцев? По одной из версий историков, это был так называемый «Желтый крестовый поход». Армяне из Киликии, грузины, сирийцы и даже франки из Антиохии и Триполи – это все христиане, для которых мамлюки – общий с монголами враг. И действительно: малые и разрозненные государства крестоносцев не могли сами противостоять набиравшим мощь мамлюкам и надеялись избавиться от них с помощью монголов, которые в свою очередь иногда писали письма… европейским королям и даже Римскому папе. Вот только игры эти с монголами были очень опасны: если бы они смели с лица земли мамлюков, то и с крестоносцами не стали бы церемониться – такова была их стратегия захвата территорий. Так что как раз поражение монголов скорее всего уберегло Иерусалимское королевство и его столицу – Акру (Акко) от немедленного разгрома.
Напоследок пару слов о победителе монголов. Султан Кутуз после самой великой своей победы правил… всего 50 дней, после чего был свергнут собственным военачальником Бейбарсом, который сам стал султаном.
Потом Бейбарс и его преемники разгромили-таки крестоносцев, изгнав их из Святой земли. Но случилось это только через 30 лет.
А вы как думаете: в случае успеха «Желтого похода» крестоносцы имели шанс остаться союзниками монголов?

Простите, что пост получился таким длинным)) Я привыкаю к формату ТГ, следующие будут короче.

10 лет они были самыми верными любовниками и союзниками, она родила ему троих детей. В итоге из-за этого он вынужден был развестись с сестрой Октавиана (Октавией) и ввязаться в новую гражданскую войну.
Битва при Акциуме – это ключевое сражение этой войны. Октавиан запер флот Антония в заливе Амбраксия (совр. – Амбракикос) у мыса Акций (Акцио). Марк Антоний планировал оттуда наступать в Италии, но ему перерезали снабжение и 2 сентября он, по совету Клеопатры, решил морем прорываться в Египет. При этом сам Антоний был хорошим полководцем на суше, но не на море, а Октавиан отправил против него своего лучшего адмирала – Марка Агриппу. 230 кораблей вышли из гавани. И Агриппа показал свое умение: у него было четыре сотни кораблей, но это были в основном легкие суда, и они, пользуясь быстроходностью, выманив тяжелые суда из залива, начали их обстрел. После нескольких часов ада, когда на кораблях Антония закончились стрелы, камни из баллист и дротики, итог был предрешен. Самая быстроходная часть флота была египетская – во главе с Клеопатрой, и на них был золотой запас. Видя разгром, Клеопатра приказала на веслах вывести свои корабли из боя. Видя это, Антоний буквально сошел с ума: он пересел со своего флагмана на самое быстроходное судно и помчался вслед за кораблями Клеопатры. Итог: весть флот Антония погиб, кроме кораблей Клеопатры, а сам он спасся на быстроходном судне.
Октавиан выиграл все: стал первым императором Рима, получив титул Император Цезарь Август.
Клеопатра и Марк Антоний после битвы спаслись, но война уже была проиграна: войска их сдались, а деньги быстро кончились. В следующем году Октавиан завоевал Египет почти без сопротивления. Марк Антоний, получив ложную весть о гибели Клеопатры, покончил с собой, бросившись грудью на свой меч. Сама же Клеопатра еще 10 дней пыталась торговаться с Октавианом об условиях мира, но не преуспела. Понимая, что вскоре ее в цепях доставят в Рим, она тоже покончила с собой, дав себя укусить египетской кобре.
Ну а теперь, на фоне всех этих грандиозных событий посмотрим, что было с Акко, то бишь Птолемаидой. Ключевая фигура во всей Иудее в то время – Ирод, которого историки называют Иродом Великим. Это был сын римского наместника Иудеи который жил в тот период, когда практически всю территорию современного Израиля захватили парфяне, включая Иерусалим. Не в силах справиться с захватчиками, он бежал в Рим, где сумел договориться о том, чтобы его по закону объявили «Царем Иудеи». И после этого пошел на парфян с римскими легионами. Сумел отбить почти все, включая и Иерусалим и важный порт Акко (Птолемаиду). Править ему пришлось в непростые времена: после встречи Марка Антония с Клеопатрой, он передал ей «Келесирию и Финикию», то есть территорию, где был этот порт. То есть Акко «де юре» стал египетским, однако на тот момент он еще был захвачен парфянами. Ирод его отбил и сделал своим портом, что вызвало гнев Клеопатры. Через семь лет Марк Антоний вторично «подарил» не только всю Финикию и Келесирию, в которую входил порт Акко, но и Кипр вместе с частью Иудеи. Фактически же Иудеей, Финикией и Келесирией продолжал править Ирод, как надежный союзник Марка Антония, но формально этими территориями владела Клеопатра, получая налоги за их «аренду». Вообще Ирод показал себя очень изворотливым: когда Октавиан обещал победу над Антонием и Клеопатрой, он тут же присягнул ему на верность и после этого стал еще более влиятельным. А все эти территории, включая порт Акко, стали частью формально независимого, хоть и дружественного Риму государства – Царства иудеев под властью Ирода, прозванного за это Великим.
Как вы думаете: сегодня могут республиканские и демократические государства снова стать империей во главе с императором?

2 сентября 31 года до н.э., ровно 2056 лет назад, произошла битва при Акциуме – морское сражение у западного побережья Греции, по итогам которого навсегда закончились почти 500 лет Римской республики и началась Римская империя. Что же касается интересующего нас региона, то Финикия, в составе которой был Акко (в тот период– Птолемаида), вошла в состав этой империи, перестав быть частью Египта. Предыстория. За 13 лет до этого сражения в Риме был убит величайший полководец республики Гай Юлий Цезарь. Сенаторы-заговорщики убили его ножами прямо в Сенате за то, что он, по их мнению, узурпировал абсолютную власть и поэтому был угрозой республике. Но смерть его вызвала негодование граждан после речи на похоронах его лучшего ученика и тоже выдающегося полководца Марка Антония. Речь эта вызвала в Риме бунт и главные заговорщики – Брут и Кассий – были вынуждены бежать. А через пару месяцев в Риме объявился наследник Цезаря – его 18-летний приемный сын Октавиан, потребовавший наследство отца. Марк Антоний, имевший статус консула и контроль над армией стал на тот момент практически правителем Рима и не воспринял «мальчишку» всерьез, однако тот нашел союзников, и дело дошло до гражданской войны. Однако через полгода они не просто помирились, а стали союзниками – потому что убийцы Цезаря тем временем собрали большую армию и двигались на Рим. Идея союза оказалась хорошей: вместе они разбили армию Брута и Кассия при Филиппах. После этой победы в Римской республике, как это уже не раз бывало, «у руля» оказались двое – Октавиан и Марк Антоний. Первый решил вернуться в Рим и в итоге получил контроль над западом республики, а Марк Антоний подчинил себе восток. И через 10 лет они начали между собой войну, ключевым сражением которой стала битва при Акциуме, после которой остался лишь один из них, который стал императором.
Однако, прежде чем перейти к битве и ее итогам, нужно рассказать об еще одном факторе, который очень важен. Фактор этот – женщина, ставшая настолько известной, что имя ее стало нарицательным: Клеопатра, последняя царица Египта в статусе фараона. Из-за этого статуса многие пытаются изобразить ее египтянкой, но это не так: за двести с лишним лет до этого Египет завоевал Александр Македонский, а после смерти Александра правителем Египта стал его полководец Птолемей, создавший свое государство и династию Птолемеев. То есть Клеопатра была гречанкой из рода Птолемеев. При этом изображение ее египтянкой все же имеет основания: она знала 9 языков, в том числе египетский, и проводила обряды на нем в статусе фараона, т.к. формально Египет оставался независимым государством. Но как она стала фараоном? Тут впервые проявился ее незаурядный «женский» ум, благодаря которому она и вошла в историю. Ей было 18, когда умер ее отец, который завещал власть ей и ее 10-летнему брату. Однако жрецы изгнали ее из Египта в соседнюю Сирию, оставив править только брата. Так продолжалось 3 года, пока в Египет не прибыл Гай Юлий Цезарь, преследовавший с армией своего политического соперника Помпея. Проигравший в гражданской войне, Помпей уже был «политическим трупом», а египтяне сделали его трупом настоящим, подарив Цезарю его голову – потому что во всем зависели от Рима и хотели угодить победителю. В качестве правителя Египта Цезарю показали брата Клеопатры, но тогда она впервые сделала «ход конем»: тайно пробравшись в Египет, она проникла в покои Цезаря и заявила свои права на трон, попросив его о помощи. Ей было 21 год и она была невообразимо прекрасной, Цезарю – 54, но он влюбился как мальчишка и вскоре получил сына, которого она назвала Цезарион – «маленький Цезарь». Он привез ее с сыном в Рим, где она жила на его вилле, но была вынуждена бежать после того, как Цезаря убили. Вернувшись в Александрию, она сумела взять в свои руки власть в Египте – брат вскоре умер и она правила единолично. Но самый интересный поворот в этой истории начался после того, как Марк Антоний, который в союзе с Октавианом победил убийц Цезаря, отправился на восток. Он поехал обвинять ее в «союзе с заговорщиками», но неожиданно оказался в ее постели. И после этого

Ай гоу ту Хайфа pinned «Всем привет! Меня зовут Александр Шорин, я автор книги «Дверь в Акко. История города в деталях» Этот Telegram-канал посвящен истории Хайфы и ее окрестностей (включая Акко, как самый известный город региона). Посты выкладываются ежедневно, с привязкой к дате…»

Всем привет! Меня зовут Александр Шорин, я автор книги «Дверь в Акко. История города в деталях» Этот Telegram-канал посвящен истории Хайфы и ее окрестностей (включая Акко, как самый известный город региона). Посты выкладываются ежедневно, с привязкой к дате («этот день в истории…»). Надеюсь, вам будет это также интересно, как и мне)) Также моя страница в Facebook https://www.facebook.com/share/1chdxkd7hY/?mibextid=wwXIfr

1 сентября 1239 года (787 лет назад) в Акру (Акко) прибыли корабли «Крестового похода баронов».
«Поход баронов» организовал Папа Григорий IX, который никак не мог потерять Иерусалим после того, как закончится договор, который удалось заключить с мусульманами в ходе VI крестового похода императору Священной Римской империи Фридриху II. Фридрих, который с Папой имел, мягко скажем, «натянутые» отношения, в новый поход идти отказался, и тогда Папа договорился с баронами.
Помимо главнокомандующего – графа Тибо IV Шампанского (который вообще-то был еще и королем Наварры) в Акру в скором времени прибыли другие представители французской знати: герцог Бретани Пьер I Бретонский, герцог Бургундии Гуго IV Бургундский, граф Монфора Амори VI де Монфор, граф Бриенна и Жосленда Готье IV Бриеннский, граф Суассона Рауль де Суассон, а также сеньоры Рауль де Куси и Жан де Нель.
В Акре – городе, который фактически продолжал оставаться столицей Иерусалимского королевства, крестоносцев встретили представители местной знати во главе с сеньором Бейрута Белианом де Ибелином.
Как часто бывает, переговоры союзников быстро зашли в тупик: местная знать советовала Тибо укреплять местную береговую оборону и ждать «второй волны» крестоносцев, но сам он, конечно же, рвался в бой. Что он и сделал, причем разделив свою армию на две. Сам он с основными силами пошел к Аскалону (ныне – Ашкелон), а другой отряд, во главе с Готье Бриеннским, пошел на Газу.
И это оказалось ошибкой. В битве при Газе крестоносцы были разбиты египтянами и трое из них – Готье Бриеннский, Амори де Монфор и Рауль де Суассон – попали в плен. У Тибо дела тоже не заладились: узнав о поражении, он решил отступить из Аскалона к Яффе, но попал в засаду, где были пленены еще трое: Гуго Бургундский, Пьер Британский и Рауль де Куси. Все содержались в Каире, причем трое из них там умерли – по иронии судьбы все плененные в Газе умерли, а плененные под Аскалоном выжили.
Когда прибыла «вторая волна» участников «баронского» похода во главе с братом английского короля Ричардом Корнуолльским, то, в отличие от Тибо, Ричард предпочел тактику императора Фридриха, принесшую успех в прошлом походе: вместо того, чтоб воевать, он начал вести переговоры. Итог впечатляет – он заключил договор с египетским султаном ас-Салихом, заплатил выкуп за пленных и выторговал не только Иерусалим, но и Вифлеем, Назарет и Галилею, после чего восстановил крепость Аскалон. В итоге этот поход оказался одним из самых успешных за всю их историю.
КСТАТИ. Тибо больше известен не как король и крестоносец, а как один из самых известных трубадуров своего века – известно более 60 его песен на старофранцузском. Что же касается спасителя всего похода, Ричарда Корноуолльского, но он, в отличие от Фридриха, вернулся домой героем «взявшим Иерусалим без боя». Позже он стал одним из богатейших людей Европы – настолько богатым, что после смерти Фридриха купил себе корону Священной Римской империи… Но реальным правлением так и не занялся, до самой своей смерти оставаясь жить в своем английском замке.
А как думаете, чем закончится современный «крестовый поход» Трампа в Иране?

31 августа 1868 года, 158 лет назад, в тюрьму Акко прибыл Бахаулла – основатель веры бахаи и самый известный заключенный этого тюремного замка, своим появлением навсегда изменивший облик Акко и Хайфы.
Основателю новой мировой религии в тот момент было 50 лет, и он уже прошел непростой путь. Появившись на свет в семье аристократов из Тегерана как Хусейн-Али-и-Нури и, имея титул мирзы, он мог бы всю жизнь благодарить судьбу за рождение с «серебряной ложкой во рту», но все изменил случай. Ему было 27, когда в его дом постучался странник, оказавшийся последователем Баба – пророка новой религии, объявившего себя объединителем всех мировых религий, включая ислам. Проповеднику было 30 лет, новоявленному пророку – 25, и власти очень скоро признали их опасной сектой. Через пять лет первый из них погибнет в бою с солдатами шаха, а второй – расстрелян. Сам Хусейн-Али был арестован лишь спустя два года после казни Баба, когда бабисты совершили покушение на шаха. К покушению он был непричастен, с Баба никогда не общался лично, и через 4 месяца его отпустили. Казалось бы – ему нужно было «выдохнуть» что легко отделался и вернуться к богатой жизни, ведь сидеть ему пришлось в сырой яме, в цепях…
Но именно в этой яме к нему «явился Бог». Об этом он объявил через 11 лет после этого, в 1863 году, заявив, что он и есть «посланник Бога», которого искал пророк Баба, и с тех пор называл себя Бахаулла – «Слава Бога». Последствия этого не заставили ждать очень уж долго – через пять лет проповедей он был арестован, и отправлен в самую страшную тюрьму Османской империи – в Акко.
Прибытие в Акко было важным событием, ведь вместе с Бахауллой туда была отправлена «самая опасная часть секты» – вся его семья и ученики, около 70 человек. Что именно происходило в этот день – версии расходятся. Согласно официальным отчетам властей, их «высадили в порту Акко». Возможно – на баркасах, потому что порт слишком мал для больших судов. А вот согласно рассказам сторонников Бахауллы, корабль высадил их в порту Хайфы, а до Акко их весь день вели колоннами пешком на сорокоградусной жаре. Там их провели через весь город, где толпа осыпала их проклятиями, плевками и камнями, а стражники били прикладами.
Несмотря на такой прием, в заключении Бахаулла и его люди пробыли менее полутора лет, а затем оставались в Акко в ссылке, но уже снимали дома. Сам Бахаулла пробыл в Акко 23 года – до самой своей смерти, но умер не в тюрьме, а в собственном особняке. Именно в этом городе он написал все свои труды по религии бахаи и отсюда сумел распространить это учение по всему миру. Сейчас в Акко и Хайфа – места паломничества адептов этой религии, а знаменитые бахайские сады известны всем туристам, и в Хайфе считаются одной из «визитных карточек» города.
Как вы думаете, возможно ли сегодня создать новую мировую религию?

Акко во второй половине XIX в.

Channel created