- Хм... (задумчиво) - В таком случае могу порекомендовать наш тариф "Экстренный-УльтраЛайт". Вам предоставляется место для держания на шасси самолёта. Стоимость - один миллион долларов.

- (судорожно сглатывая) На шасси? Это как? Руками что ли держаться всю дорогу?

- Ну... да. Да Вы не волнуйтесь, мы сегодня уже почти полторы тысячи человек так отправили. Ни одной жалобы.

- Но... а если я упаду? Насколько это безопасно?

- Ну... (уклончиво) - Чем сильнее будете держаться, тем лучше, безусловно. Так что решили? А то за Вами уже очередь собирается. И места могут закончиться, кстати.

Пассажир смотрит на свои пухлые, ухоженные руки, потом на экран, на экране видео с приаэропортовой автостоянки. По автостоянке мечутся с полдюжины человек, к спинам которых "егозой" привязаны горящие покрышки. Удары в бронедвери становятся всё сильнее.

- Хорошо! (решительно)

- Прекрасно! А Вы один? У нас на тариф "Экстренный-УльтраЛайт" предусмотрены 50%-е скидки для второго и последующих членов семьи.

- Один (буркает) - Семья там давно уже живёт. Вот деньги (выгружает пачки долларов из рюкзака, тот становится где-то наполовину пустым)

Алишер, не считая купюры, скидывает пачки вниз, в уже плотно набитую огромную сумку, распечатывает что-то.

- Подпишите пожалуйста тут и тут. Согласие на смену тарифа и отказ от претензий.

Пассажир подписывает. Алишер жестом подзывает коллегу.

- Мой коллега Денис сопроводит Вас до Вашего места и убедится, что Вы благополучно улетели. Счастливого полёта, Муслимбек Иванович!

К стоке подходит семья - жена, муж и двое разнополых подростков. На лацкане пиджака дородной дамы тускло, солидно блестит депутатский значок.

- Элеонора Сергеевна, а Вы разве не получали...

Денис, кряжистый мужик лет сорока, ведёт пассажира мимо закрытых стоек таможенного и паспортного контроля.

- Эти-то ещё вчера свалили (отвечает на незаданный вопрос). Кто успел, хе-хе. Слушай (с видом внезапного озарения) - А зачем тебе эти часы? Они только держаться будут мешать. Оставь лучше мне, для сохранности.

Муслимбек Иванович с каменным лицом снимает с запястья Patek Philippe Nautilus и кладёт их в требовательно протянутую руку.

- Ну, вот (явно подобрев) - Пошли в темпе, а то у тебя вылет через двадцать минут, а ещё ж размяться надо.

Где-то далеко позади них тяжёлые бронедвери начинают поддаваться ударам.