Смысловая развилка двух возможных дат одного праздника - 22 и 23 февраля - показывает нам всю тягостную глупость нашего положения, в котором мы оказались по воле Системы.
Нужен ли стране день армии, день военных - и, шире, мужской день? Нужен.
Можно ли согласиться с идеей праздновать его в конце февраля, "раз уж так получилось"? Можно.
И 22 февраля в русской истории словно бы нарочно, нам всем в подарок, образовался прекрасный символ для этого дня - отчаянный выход в Ледяной поход белых добровольцев, лучшая романтическая картинка из возможных. Идеальный материал для книг, фильмов, плакатов, да хоть бы и мемов, цитат, любого лубка, - благородные люди, жертвовавшие собой за Россию, Кутеповы и Марковы, самые настоящие Айвенго и Петруши Гриневы, просто бери и воспитывай молодежь, воспитывай нацию.
Но нет. Система ничего подобного не хочет. Она мертвой хваткой держится за советское 23 февраля, за Дыбенку и Крыленку, карикатурных дегенератов (украинских, кстати), которые бежали от немцев, чтобы чуть позже заключить с ними позорный мир и сдать им юг России, - и это у нас называется образцом защиты отечества. Казалось бы, гниль, мертвечина, гадость, в помойку ее. Как бы не так.
А почему?
А потому что нельзя трогать святое: не само это 23 февраля 1918 года, не самих этих Крыленок, которых тут у нас до сих пор ходят в Джефферсонах и Вашингтонах, все вокруг якобы родив и создав, но - ностальгию по позднему СССР, в котором это 23 февраля вроде бы было (как и пионерские галстуки, вкусное мороженое и прочий каменный кал).
Советская ностальгия священна. Старые песни о главном священны.
Как построили нам Эрнст и Парфенов в 1995 году воображаемую декорацию несуществующего (и никогда в таком виде не существовавшего) СССР, так мы и молимся на нее.
И хоть ты криком кричи - ну похороните вы свою выдуманную советскую стюардессу, сделайте шаг вперед, придумайте что-то новое, вдохновитесь хоть чем-нибудь другим, чего не было в этих мнимых 1970-х (мнимых - потому что реальные 1970-е были устроены и воспринимались иначе), - глухо и безнадежно.
Все вокруг государства, от великих до самых убогих, имеют свою национальную историю - протяженную, часто мифологизированную, но красивую и, главное, свою, - и только несчастные адепты Системы (а как их назвать? "россияне", что ли?) так и бредут в никуда, вооруженные фейковыми воспоминаниями, которые сляпали для них в девяностые ельцинские политтехнологи и шоумэны, чтобы смягчить эффект столкновения страны с разбойничьим бардаком.
Хочется добавить что-то хорошее, мол, дыбенки и крыленки все равно скоро исчезнут, а русский праздник образуется вопреки маразму, - но, увы, я в этом не уверен.
Маразм - он что делает? Правильно, он крепчает.