быть белым осадком,
формирующим видимость жидкости,
и очерчивать тишину, углубляясь
в её безраздельное,
это всё равно, что тыкать пальцем
на росу или изморозь,
утверждая воздух.
 
но можно ли иначе, пока слова
линяют, пока они не созвучны
листве, мокрой траве, линии
солнечного сплетения
на теле любимой девушки?
 
пока ими не дописать ноту сердца
в очевидности холода и земли
даже на ломаном русском?