Когда-то сто миллионов лет назад я уже писала про асексуальность и гендер. Если коротко, то гендер — это сложный социальный феномен, но где-то в корне он про секс, поэтому среди эйсов дофига небинарных (от 20 до 50%), в том числе тех, для кого небинарность — логичное продолжение асексуальности. А среди аро эйсов таких еще больше, потому что поверх секса гендер про романтические отношения, и если и их нет — то гендер, ну, зачем?

Примерно про это уже написано штук несколько исследований — в том числе мной — но сейчас социолог Кантон Вайнер придумал термин для очень специфически асексуальной штуки (хотя, конечно, испытывают её не только эйсы): гендерная диссоциация, она же gender detachment*.

Он пытался сравнить опыт асексуальных женщин, мужчин и небинарных персон, и внезапно обнаружил, что среди асексуальных цисов довольно много (где-то треть его общей выборки) людей, которые не чувствуют какой-либо связи со своей гендерной идентичностью. То есть, они готовы называться женщинами или мужчинами, но это не идентичность, и гендер воспринимается ими как что-то нерелевантное и ограничивающее.

И это суперпохоже на меня, некоторых моих знакомых и Салли Винтер, чей сборник я издаю: цисгендерность — нет, но и небинарность не ощущается "правильной" идентичностью, потому что любой ярлык ограничивает как будто больше, чем дает свободу. Через пару лет гендерного поиска я просто решила, что могу жить без ярлыка — так ли мне важно иметь слово для идентичности, которой я особо не ощущаю?

И, как показывает исследование Вайнера, это неуникальная история: гендер многим асексуалам просто не важен, не нужен и в целом "нет, спасибо" — даже на уровне ярлыка.


*Как перевод этого термина были предложены "гендерная отстранённость", "гендерное отчуждение", "разгендеризация" и — с польского — "гендерный ускок". Гендерный ускок очевидно во всем превосходит остальные варианты. Но он слишком хорош, поэтому мы остановились на "диссоциации".