Открыла вчера новости: с Усманова и Фридмана сняли санкции. Точнее, не стали продлевать существующие, исключив их фамилии из санкционных списков ЕС.

Села читать решение: что же там произошло, на каких основаниях. А ни на каких. То есть свое решение страны ЕС никак не обосновали, даже не попытались.

Вокруг слова «санкции» много эмоционального контекста, но в части индивидуальных санкций в отношении бизнесменов есть набор критериев, наиболее частые из них:
• материальная или финансовая поддержка правительства или лиц, принимающих решения
• статус ведущего бизнесмена, работающего в России
• деятельность в секторе, являющемся существенным источником доходов РФ
• обход или воспрепятствование санкциям
Цель персональных санкций — не наказать кого-то, а принудить прекратить поддерживать военную машину, ее финансовое подспорье и политическое руководство страны, которая совершает акт международной агрессии.

Если человек это делать перестает, то цель такого рычага достигнута, и из санкционных списков можно исключать. Механизм и условия должны быть понятны и прозрачны.

Перестали ли Усманов и Фридман соответствовать этим критериям? Нет, не перестали.

И это очень и очень плохое решение — оно показывает Кремлю и близким к нему людям, что потихоньку инструмент санкций превращается из вопроса юридического и политического в вопрос торга. И демонстрирует разлад в ЕС, который можно усиливать, помогая более лояльным политическим силам приходить к власти и все больше усложняя консенсус для таких решений год за годом.

За Усманова хлопотали Турция, Словакия, потом внезапно подключилась Франция: европейские медиа написали, что у страны благородный предлог спасти своих граждан. Тут же пришел Люксембург: если можно Усманова, то давайте нам еще Фридмана, он с нами судится на большую сумму, мы тоже хотим приторговать снятием санкций в обмен на свои экономические интересы.

Иначе в ЕС единства не было, а на кону стоял вопрос продления индивидуальных санкций сразу на три года в отношении остального списка. Ирландия пожала плечами: это был компромисс, чтобы принять более фундаментальное решение. Эстония и Латвия общее решение не блокировали, но высказались против на официальном уровне и заявили, что внесут бизнесменов в свои национальные списки.

Время на стороне Путина — ему не надо переизбираться, отчитываться за потраченные деньги, за убитых людей. Над ним нет контроля ни у общества, ни у кого-либо еще. Он будет продолжать войну, чтобы оставаться у власти, вливать сколько потребуется денег россиян на армию, кампании дезинформации, вмешательства в выборы в других странах. И то же самое время совсем не на стороне демократических стран — в условиях ухудшения экономики, уровня жизни и страха за свою безопасность растут рейтинги популистов, многие из которых видят возможность «все исправить», вернув дешевые российские энергоресурсы несмотря на войну.