Сегодня увидела новый законопроект Станислава Наумова — об инвестиционном налоговом вычете для компаний, которые вкладываются в социальную инфраструктуру и культуру.

Для нас это очень важная тема. Забираю ее на предстоящий УЧПРОМ: хочу отдельно обсудить, может ли такой механизм работать на развитие школ и детских садов — строительство, ремонт, оснащение, обновление образовательной среды.

И тут вспомнила: со Станиславом Александровичем мы работаем вместе с 2010 года.

Тогда он был статс-секретарем — заместителем министра промышленности и торговли, и мы уже обсуждали развитие индустрии детских товаров.

За эти шестнадцать лет я видела Станислава Александровича в очень разных ролях — чиновника, эксперта, депутата.

Менялись должности и места работы. Но с ним по-прежнему не нужно было начинать разговор с долгого объяснения, почему товары и услуги для детей — это не маленький сегмент торговли и не приложение к легкой промышленности.

Он понимал эту сферу как систему.

Поэтому с ним можно было обсуждать не лозунг, а конструкцию.

Какую норму менять. Какой механизм действительно сработает. Что произойдет с экономикой предприятия. Где интерес отрасли может совпасть с интересом государства.

И я точно знаю: в том, что сегодня производство игр и игрушек входит в перечень креативных индустрий, есть и его работа.

Станислав Александрович стал одним из авторов нашего федерального законопроекта о развитии индустрии детских товаров. Для меня в этом есть определенная историческая рифма: спустя шестнадцать лет после наших первых разговоров отрасль подошла к попытке получить собственную законодательную рамку.

Но есть и то, чего мы не успели.

Не довели до ума механизм обязательного применения требований стандартов в сфере услуг для детей.

Планировали продолжать работу по льготным страховым взносам для производителей игрушек.

И только начали парламентский путь большого закона о развитии индустрии детских товаров.

Шестнадцать лет совместной работы оставили после себя вполне материальные результаты. И довольно длинный список того, что еще не закончено.

Для нашей отрасли Станислав Александрович все эти годы был человеком, с которым можно было разговаривать предметно и продолжать разговор с того места, где остановились в прошлый раз. Это дорогого стоит.

Спасибо, Станислав Александрович, за эти годы совместной работы.

И почему-то сегодня вспоминается Карлсон:

«Он улетел, но обещал вернуться».

Очень рассчитываю, Станислав Александрович.