Гриша Пророков. Ничто кроме сердца.

Вообще хочется написать о книге большой материал. Хочется о ней говорить и спорить. Хочется перечитывать.

Я не помню, когда в последний раз книга будила во мне столько чувств сразу: любовь, нежность, гнев, любопытство, восторг, злость — это примерный список. Я читала часть её ранней версии, уже пару недель как прочла версию окончательную и вышедшую, и в голове до сих пор вспыхивают лампочки с мыслями и ощущениями, которые от нее остались.

Это мужской автофикшн с новым ощущением маскулинности, герой которого из-за войны и политики переезжает в Грузию и проводит там год, за который многое переоткрывает в себе и в мире: от своей сексуальности до чувства религиозности. А ещё герой, то есть Гриша, выступает как призма, собирающая красоту и раздающая её читателям. Свет и тень, музыка, картины, стихи, разговоры, — это все части ежедневной красоты, которая как раз-таки и спасает мир, не когда-нибудь спасет, а вот уже прямо сейчас. И всегда.

Я читала «Ничто кроме сердца» и ощущала странную раздвоенность: с одной стороны, я болезненно ощущала, что живу в другом мире, в котором есть очень мало времени на отстраненное размышление и любование, который наполнен обязанностями и просто физически как будто в несколько раз тяжелее, чем Гришин. Как будто у меня все силы притяжения в разы сильнее и давят. Иногда я орала на книгу и на Гришу (мысленно) и думала про неотчеканные привилегии, про то, что дружба и все виды любви — не только про легкое и красивое, но про беды, здоровье, деньги, время, силы. Иногда от этого было обидно.
С другой стороны, я тоже ощущаю реальность именно так: с мерцающими бликами божественного (другого божественного, чем у Гриши, но тоже вневременного и прекрасного, тоже про любовь). И я понимаю, что тоже хотела бы в книге принести читателям именно это.

Ну и Гришина книга тем и прекрасна, что она вся — о состоянии растерянности, confusion - aroace confusion, христианской потерянности и многих других.

Я выписала из книги гору цитат, просто потому, что слова в них тоже складывались особенно со/звучно для меня. Приведу только несколько.


«Квир, сказала ты тогда, взращивается в человеке, как зернышко.
Это было ночью с третьего на четвертое июня. Лето только начиналось».

«Я думаю, что если тебе что-то кажется знаком, то это и есть знак. Оно не становится знаком потому, что ты так решил, оно есть знак».

«Город не выглядел так, будто его покидают».

«Помню, как я кидал корм
в воду и красно-белые карпы быстро сплывались, заглатывая его своими розовыми рыбьими ртами».