В дополнение к тому, что было сказано о смысле праздника Преполовения скажу ещё несколько слов. В период от Святой Пасхи до Пятидесятницы мы продолжаем переживать события Евангельской истории «в режиме реального времени». Напомню (я уже писал об этом), что погрузились мы вместе с Церковью в это переживание ещё за некоторое время до Страстной, и продолжали следовать за евангельской историей каждый день Страстной седмицы. Каждый день вспоминали и переживали те события, которые происходили на Святой земле почти две тысячи лет назад. Вечером на Пасху вспоминали встречу воскресшего Христа с учениками без Фомы, спустя неделю – явление Господа неверующему апостолу, и так далее. Все сорок дней вспоминаем, как Господь является ученикам, общаемся с ними, даёт Себя осязать, делит с ними пищу и говорит с ними о Царствии Божием. На сороковой день будем вспоминать, как Иисус вознесся от учеников на небо и сел одесную Бога. Ещё через десять дней – и на учеников с небес сойдёт Дух Святой в виде языков пламени. Можно сказать, что весь этот пятидесятидневный период – это предвкушение того, что пережили в тот день апостолы, когда в шуме ветра и видении огненных языков на них почил Божий Дух.

При этом, как я писал, все эти дни – от Пасхи до Троицы – за литургией читается Евангелие от Иоанна. Я не могу сказать, как исторически сложилось, что именно это Евангелие читается в эти дни, но, мне кажется, что это чтение подходит для этих дней как нельзя лучше. Личность Духа Божьего в четвертом Евангелии переживается удивительно ярко, как ни в одном другом из наших Евангелий. В беседе с самарянкой Господь только упоминает образ живой воды, утоляющей жажду и делающей человека самим источником этой воды, текущей в жизнь вечную (Ин. 4:10-15). При этом, что значит этот образ, в этой беседе ни намеком не расшифровывается. В следующий раз Господь употребляет тот же образ во время празднования Дня Кущей, за полгода до распятия. Он говорит: «кто жаждет, иди ко Мне и пей. Кто верует в Меня, у того, как сказано в Писании, из чрева потекут реки воды живой» (Ин. 7:37-38). И вновь, никаких объяснений Он не даёт. Только сам Евангелист с высоты своего пережитого опыта поясняет: «Сие сказал Он о Духе, Которого имели принять верующие в Него» (Ин. 7:39).

О Духе Святом Господь вновь говорит со Своими учениками во время Своей последней беседы. Тогда уже Господь говорит с ними не метафорами и притчами, а напрямую («Ученики Его сказали Ему: вот, теперь Ты прямо говоришь, и притчи не говоришь никакой» - Ин. 16:29). Иисус говорит об Утешителе, Духе Истины, Который от Отца исходит, Которого Он пошлёт ученикам, чтобы Тот наставил их и научил всему. Это, как мы знаем, происходит уже за рамками Евангельской истории, спустя десять дней после Вознесения. Однако именно в Евангелии от Иоанна есть эпизод, который порой называют Иоанновой Пятидесятницей. Когда Иисус является апостолам и, дунув, говорит им: примите Духа Святого. Кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся (Ин. 20:21-22). Дух Христов уже тогда входит в жизнь учеников Христовых.

Беседа Христа на празднике Кущей, таким образом, в Евангелии от Иоанна оказывает в самом центре этого последовательного раскрытия и явления Святого Духа. В этих словах Христа о Святом Духе говорится ещё в прикровенной, иносказательной форме, но благодаря ремарке Евангелиста значение этого иносказания нам уже совершенно понятно. Может быть, именно поэтому это событие и становится главной богословской темой Дня Преполовения. Всегда главный смысл праздника выражается в тропаре, а тропарь этого дня говорит очень ясно: Преполовившуся празднику, жаждущую душу мою благочестия напой водами, яко всем, Спасе, возопил еси: жаждай да грядет ко Мне и да пиет. Источниче жизни нашея, Христе Боже, слава Тебе.

Вот оно – это среднее, срединное состояние. Когда уже отлично понимаешь о чём речь, осознаешь, чего ожидаешь. Но само ожидаемое ещё не совершилось. Ты на полпути.