Как рождаются некоторые святоотеческие цитаты

Однажды юный двадцатипятилетний штатный проповедник Коломенской семинарии Василий Дроздов сочинил прочувственную проповедь на слова Евангелия "Любите враги ваша и благотворите" (Лк. 6:35). Получилась отличная школьная проповедь, в которой юноша говорил, что исполняя эту заповедь, мы уподобляемся Всевышнему. Учил, что быть гонимым и ненавидимым - это счастие. Умолял удерживаться от ненависти и гнева. Очень хорошая проповедь получилась. В финале своей проповеди Василий, в качестве образа любви к врагам, приводит пример любви Господа на кресте: "Если сии размышления не убеждают вас взирать на врагов ваших без смятения и гнева, взгляните на Голгофу, где небесная премудрость от невежества, невинность от адского преступления, Творец от твари, Господь Спаситель от врагов погибших страждет и умирает".

Но самая последняя фраза этой проповеди звучала удивительным диссонансом ко всем предыдущим рассуждениям: "Гнушайтесь убо врагами Божиими, поражайте врагов Отечества, «любите враги ваша». Аминь."

Спустя год или два после этой проповеди Василий Дроздов принял постриг и сан - сперва диаконский, потом священнический, а спустя лет десять, даже архиерейский. Нам этот проповедник известен как святитель Филарет, митрополит Московский. А та его юношеская фраза, звучащая диссонансом ко всей его проповеди, да и ко всему Евангелию, стала самой известной его цитатой. Стараниями этого человека был создан наш перевод Библии на русский язык, он 46 лет возглавлял Московскую кафедру. Но людям он запомнился главным образом своими словами о необходимости дифференциации врагов (и главное не перепутать, как к кому относиться!)

И у меня вопрос (скорее риторический) - а можно ли фразу, оброненую юношей Василием, подписывать именем святителя Филарета?