Сегодня – одно из самых известных мест нашей пророческой книги – призвание Исаии на его служение. Это происходит в год смерти Иудейского царя Озии. Точная датировка этого события, должно подчеркнуть его историчность. Это не какие-то внутренние субъективные переживания Исаии, в результате которых он пришел к убеждению, что он пророк Божий, и которые он так символические описал. Это совершенно объективное событие, которое происходит в определенный исторический момент. Кстати, подобные точные датировки начала пророческого служения – обычная для Библии вещь. И в Новом Завете евангелист Лука счел нужным предельно точно указать, когда именно был глагол Божией Иоанну, сыну Захарии, посылающий его на проповедь покаяния: «В пятнадцатый же год правления Тиверия кесаря, когда Понтий Пилат начальствовал в Иудее, Ирод был четвертовластником в Галилее, Филипп, брат его, четвертовластником в Итурее и Трахонитской области, а Лисаний четвертовластником в Авилинее, при первосвященниках Анне и Каиафе, был глагол Божий к Иоанну, сыну Захарии, в пустыне» (Лк 3:1-2).

Предание называет пророка Исаию священником, и свое видение он видит в храме. Всё святилище полно славы Божией, оно наполнено дымом от кадильниц, множество серафимов возглашают славу Богу так громко, что содрогаются стены: «поднялись косяки над дверями от голоса восклицающих». Один из серафимов горящим углём, взятым щипцами из кадильного жертвенника, очищает пророку уста. В христианской традиции образ горящего угля – материи пронизанной нематериальной стихией огня – был образом боговоплощения. Так в лице Иисуса Христа соединяется человеческая материальная природа с невещественной божественной. Об этом, например, хорошо говорит ирмос 5-й песни канона на Сретение Господне: «Яко виде Исаия образно на престоле превознесена Бога, от Ангел славы дориносима, о, окаянный, – вопияше, – аз: провидех бо воплощаема Бога, Света Невечерня и миром владычествующа».

Образ угля, прикоснувшегося устам – это и образ Святого Причастия. Там тоже – материя, соединенная с Божеством. Недаром в греческой традиция лжица для причастия называется лавис, то есть, клещи. А, причастившись, священник произносит слова: «Се прикоснуся устнам моим, и отымет беззакония моя, и грехи моя очистит.»

Горькие слова Бога об огрубевшем сердце народа, об их ушах, неспособных к слышанию, и очах, которые ничего не видя, очень хорошо известны читателям Нового Завета. Они цитируются во всех четырех Евангелиях. Кроме того, в финале книги Деяний их повторяет апостол Павел. Прибыв в Рим, он встречается с представителями иудейской общины, но те оказываются невосприимчивы к его проповеди. «Одни убеждались словами его, а другие не верили. Будучи же не согласны между собою, они уходили, когда Павел сказал следующие слова: “хорошо Дух Святой сказал отцам нашим через пророка Исаию: пойди к народу сему и скажи: слухом услышите, и не уразумеете, и очами смотреть будете, и не увидите. Ибо огрубело сердце людей сих, и ушами с трудом слышат, и очи свои сомкнули, да не узрят очами, и не услышат ушами, и не уразумеют сердцем, и не обратятся, чтобы Я исцелил их”. Итак да будет вам известно, что спасение Божие послано язычникам: они и услышат» (Деян 28:24-28).

Заключительные слова сегодняшний паремии понимаются обычно в контексте этих надежд на обращение язычников.

#Ветхий_Завет, #Пророк_Исаия, #Великий_пост, #паремии