Я очень люблю Послание к евреям и верю к его богодухновенность. Даже если мне явится сам апостол Павел и признается, что не писал это послание, я не буду любить и ценить его меньше. Для каких-нибудь баптистов авторитет новозаветных книг строится исключительно на их апостольском происхождении. (Поэтому бывшего баптиста Барта Эрмана так и шокировало осознание того, что новозаветные тексты могут быть написаны не теми, о ком ему говорили в его общине. Осознав это, он потерял веру и написал книгу «Forged: Writing in the Name of God — Why the Bible’s Authors Are Not Who We Think They Are»). Для нас — православных христиан — авторитет новозаветных текстов стоится на доверии Церкви, признавших эти тексты Священным Писанием.

Впрочем, если когда-нибудь (быть может за гранью земной жизни) я узнаю, что именно Павел является каким-то образом автором Послания к евреям (ну, мало ли?), то это тоже ничего для меня существенно не поменяет. Климент Александрийский (не путать с Климентом Римским) очень старательно пытался объяснить, почему это Послание так отличается от других посланий апостола Павла. Павел писал его для евреев и по-еврейски, а Лука старательно перевел его, существенно подправив стиль. (Правда, на стиль творений евангелиста Луки стиль Послания к евреям тоже не похож. Но ведь его мог перевести и кто-то другой). То что апостол Павел не подписался, Климент объясняет тем, что Павел не хотел сразу же своим именем отталкивать евреев, которые относились к нему предвзято и с подозрением. Меня сейчас не очень убеждают эти объяснения, но, быть может, есть и другие, более убедительные. Их наличие или отсутствие, повторю, никак не влияет на мою любовь к этому Посланию и понимание того, как сильно оно от всех посланий апостола Павла отличается.