Как ОПГ проспорила участкового

Вдогонку вчерашнему посту про рекрутинг в российской милиции в 1990-х — еще одна история. Раз уж я так разностальгировалась.

В другом опорнике мы познакомились с молодым участковым — таким, знаете, парень кровь с молоком. И однажды он разоткровенничался и рассказал совершенно прекрасную историю своего найма в МВД.

Вообще-то до милиции он был членом ОПГ. Причем не какой-то низовой шестеркой: внутри группировки он успел дослужиться до каких-то более-менее управленческих позиций.

И вот как-то сидят они с парнями, пьют. Кто-то из их компании уже сел. Разговор зашел о милиции, и наш герой говорит:

— А я вот мог бы работать в милиции.

— Да ты чего, с ума сошел?

— А чего? Нормально там: сидишь себе, ловишь преступников. Таких как вы, товарищи.

И поспорили. Реально, по пьянке, на спор.

Условия были такие. Он устраивается в милицию и за каждый месяц службы получает из общака тысячу долларов. Девяностые же, расчеты тогда еще любили вести в условных единицах. А если не выдерживает и скипает из милиции раньше положенного срока (он на 10 лет подписался) — уже он платит в общак по две тысячи долларов за каждый месяц.

И он действительно устроился. Стал участковым.

Работал очень специфически. Показатели у него были нормальные, обязанности как-то выполнялись. Но в опорке — вечные пьянки-гулянки, девок водит, начальница опорного пункта постоянно его за это распекает. В общем, милицейская карьера шла своим чередом.

Самое интересное, что никакой страшной тайной его биография не была. Его ближайшие коллеги прекрасно знали и про группировку, и про спор. Когда он нам это рассказал, они подтвердили: да, знаем мы эту историю. Сам он своих связей с ОПГ тоже особенно не скрывал.

Если посмотреть на эту байку уже не как на веселую историю про участкового, а системно, получается довольно любопытный механизм инкорпорирования организованной преступностью своих людей в милицейскую среду.

Конечно, участковый — не та должность, с которой можно решать какие-то огромные вопросы. Но у него есть доступ к учетам, он знает, что происходит на территории, может перетереть с операми и вовремя узнать, например, что на кого-то идет разработка. А это уже вполне полезный ресурс. Причем в обе стороны, операм-то тоже выгодно канал связи с группировкой иметь, и не только в целях рентоориентированного поведения, информация - это главный их ресурс тоже.

Тем более что и милиция, и группировки организованы, скучным языком говоря, "по территориальному принципу". И иметь своего человечка в соседней, а временами и конкурирующей силовой структуре на своей "земле" — вещь совсем не лишняя.

Я не знаю, насколько массовым был именно такой способ рекрутинга: по одному случаю этого, конечно, не установишь. Но сам случай прекрасен именно своей обыденностью. Все всё знали. Человек из ОПГ работал участковым, коллеги знали, как и почему он туда попал, — и милицейская жизнь спокойно продолжалась.