Звон

В этой точке я абсолютно счастлив
«Абсолютно» именно то слово
В этой точке я улыбаюсь часто
И не верю, что было что-то другое.

Я не думал, что так бывает
Все сопоставилось: поле к полю,
кубик к кубику, травинка к травинке,
твое небо — к моему морю

И очень много случайной радости,
закономерных прикосновений,
открытых вопросов, диалогов,
твоей улыбки и смешных знамений.

И хочется жить, смеяться
И чувствовать твои пальцы нежные
В этой точке я абсолютно счастлив
Даже в этой погоде снежной.

в первый день года сложно найти себе место в пространстве и времени. тело словно из воска,
глаза из асбеста, а ты из металла
и холода.

в первый день года все сложно
и все не так. или еще. или уже
или когда-нибудь потом
в первый день года хочется лечь
и заснуть. и открыть глаза во втором.

и звон прокатился сквозь тело патроном
и слепнут глаза, напрягается кисть
и стиснув металлом словно землею
где-то сейчас закончилась жизнь

где-то закончилась громко и смело
где-то отчаинья полны глаза
где-то извертливо, где-то надменно
где-то от пули, где-то от сна

и просыпаются город и люди
и с сожаленьем встречают рассвет
где-то закончилась жизнь неумело
где-то закончилась через сто лет

и стиснув зубы где-то под небом
и слепнут глаза, начинается век
и телом к телу, словно впервые
вновь появляется здесь человек.

стихи вылезают сквозь трещины в сердце
сквозь ломкие, сбитые, кровью слова
сквозь липкие руки и мятое кресло
сквозь громкую правду и злые места.

стихи словно линия вены на сгибе
с ожившей и спекшейся кровью пера
с слепой вереницей случайных событий
в стихах нету смысла, в них сохнет душа

когда прочитаешь, замнешься, истлеешь
события, люди, портреты, дела
когда ты ослепнешь и спустишь на ветер
пустые сомненья в кривые слова.

Из чего все это сделано.
Из долгих разговоров обо всем,
про детство, и работу, и какую-то ерунду.
Из случайный и специальных взглядов, Из желания быть ближе.
К рукам и голове. Трогать волосы
и ждать новой встречи.

Из постоянного одёргивание себя. Давай друг полегче, не разгоняйся слишком сильно. Не впадай в лихорадку. Хотя сколько не говори себе это, сколько не пытайся что-то делать. Все равно оно свербит внутри. И просится наружу.

Из робких переписок и придумывания
дурацких причин, почему все только что закончилось. Из глупой улыбки, когда видишь очередное проявление внимания к твоей,
по сути, ничтожной персоне.
Из фильмов, света и очень простых занятий.

Из движений вбок, прямо и назад,
из прыжков наружу. Из неуверенности, легкой дрожи и эндорфиновых качелей.
На дно и на самую вершину радости.
Пока маятник не застынет в какой-то странной точке. Когда-нибудь
я научусь
не пропускать
этот
момент.

Когда дело доходит до признаний
Мы думаем, что это что-то стыдное
Боимся, что нам рассмеются в лицо
Ну или просто будет неловкое молчание
И все разделится, на до и после

И уже сложно будет жить как раньше
Делать вид, что никто ничего не чувствует
И самому себе в голове переводить все в шутку
И неловко смеяться внутри, делая вид, что никто не ранен

И снова разговоры по работе, милые стикеры заменены на сдержанные
И время потихонечку лечит, размазывает на фрагменты рвущуюся душу
И все забывается, но ровно до того момента
Пока не созрело новое признание

И все эти эпизоды сливаются в один
Помните как Шило пел про память
Это действительно то самое место, где ярко все
Но слава богу не всегда, иначе сложно было бы делать вид, что ты в порядке
И быть милым в переписке и при встрече
смешно шутить. И искренне желать и радоваться что все сложилось так, как сложилось
И не ушло дальше признаний.

Вот ведь странно.

Channel photo updated

Channel created