Многокилометровое стояние изнуренных кредитами и инфляцией москвичей в восьмичасовых очередях к привезенной деснице Спиридона Тримифунтского в Храме Христа Спасителя являет собой монументальный триумф совершенно безумного средневекового сермяжного патернализма, в котором финансово-экономические провалы номенклатурных чиновников предлагается решать коллективным штурмом греческого ковчега.
 
Столичный обыватель, приученный властью к мысли, что рыночные механизмы, суды и вменяемые банковские ставки — это чуждые западные симулякры, нашел гениальную суверенную альтернативу: вместо унылого оспаривания тарифов ЖКХ или судорожного поиска работы, нужно просто выстоять затяжной марафон от Якиманской набережной через Крымский мост, дабы метафизически обнулить свои долги.
 
Истинный управленческий оргазм министерств и силовиков, выставивших железные барьеры и кордоны Росгвардии, заключается в абсолютной управляемости этой людской реки, которая покорно мерзнет на Болотной набережной ради сиюминутного экономического чуда.
 
Оглушительная ирония ситуации, в которой на соседних улицах стоят совершенно пустые московские храмы вроде церкви Воскресения Словущего на Успенском Вражке с постоянными и доступными частицами мощей того же святого, паломников не смущает: в сознании, деформированном государственной пропагандой, сакральная транзакция по списанию ипотеки работает исключительно при условии максимального коллективного страдания и многочасовой давки. Аминь!
 
Этот парад финансового отчаяния, замаскированный под небывалый духовный подъем, наглядно обнажает глубокий фатализм общества, которое окончательно потеряло веру в земные институты власти и уповает исключительно на административный ресурс высших сил.
 
Когда государственная машина доводит население до состояния, в котором десница святого IV века видится единственным вменяемым антикризисным менеджером, способным спасти от нищеты, вся помпезная риторика чиновников о небывалом росте благосостояния превращается в карикатурный пшик.
 
Элиты могут бесконечно рапортовать о суверенитете и импортозамещении, но стотысячная толпа, штурмующая Патриарший мост с акафистами в руках ради избавления от кредитного ярма, наглядно демонстрирует реальное качество жизни в столице.
 
Это слепое упоение масс, готовых сутками безропотно стоять в искусственных загонах ради призрачной надежды вместо защиты своих реальных гражданских и экономических прав, в очередной раз подтверждает вечную горькую истину, которую сформулировал поэт Николай Некрасов: «где народ, там и стон... Эх, сердечный! Что же значит твой стон бесконечный?».