Злой искусствовед

«Томская арт-группа «Малышки 18:22» вошла в топ-50 молодых художников России!» — красивый заголовок.

Речь о рейтинге газеты The Art Newspaper Russia. Рейтинги вызывают у меня двойственное чувство. Даже с участием экспертов — это всё равно очень субъективно. Но, с другой стороны, рейтинг помогает художнику стать заметнее на фоне других. В конце концов, если их составляют, значит, кто-то их читает.

Однако задел снисходительный тон формулировки: «В рейтинг вошли художники, проявившие себя на российской сцене, вне зависимости от места их рождения». Весь текст подчёркивает, что «известность часто приходит» именно в столицах. Это и так очевидно, зачем акцентировать на этом внимание? Но если речь о художниках России, то и эксперты, наверное, должны быть не только из Москвы, Санкт-Петербурга и Владикавказа. «Однако помимо понятных Москвы и Петербурга, есть, конечно, и другие центры с активной художественной жизнью» — да, есть, представляете.

Но, несмотря на всё это, новость действительно хорошая: «Малышки 18:22» стали заметны за пределами Томска (не припомню, чтобы у местных художников раньше был такой успех).

«Нам очень радостно! И забавно, что мы можем одновременно появляться в разных списках: белых, чёрных и розовых :)», — говорят Малышки.

К слову, для проекта «Новое поколение. Художники из Сибири» я тоже прибегала к экспертному мнению и использовала голосование. Но я предлагала экспертам самим вписывать имена художников, которых они считают важными, — а потом нам всё равно пришлось выбирать всего 40. Так как это был не просто рейтинг, а большой исследовательский проект, мы с командой решили, что 40 художников мы «потянем». Проект открытый, просто пока не хватает времени на его продолжение.

Фото: Эркин Сулайманов

Весь Красноярск празднует 100-летний юбилей художника Андрея Поздеева.

Поздеев — культовая фигура красноярского искусства. Многие сибирские художники, лично общавшиеся с мастером, испытали его влияние, и даже после смерти автора его творчество продолжает находить отклик в работах новых поколений.
Эту связь исследует куратор Эльдар Валеев в готовящейся выставке «Окно, открытое Поздеевым».

В произведениях, представленных в экспозиции можно увидеть проявление отдельных мотивов и приемов Поздеева или непосредственный диалог с художником.

Эльдар рассказал почему важно искать связи и преемственность между Андреем Поздеевым и современными художниками

Мне кажется совершенно логичным проводить линию между культовыми художниками прошлого и авторами настоящего. Таким образом мы можем проследить изменение контекста, в котором они творят, во времени, увидеть сдвиг творческих парадигм, проследить тенденции. Слишком сильно влияние мастеров, подобных Поздееву, и даже те, кто его отрицает, по сути, как-то с ним работают, даже через избегание. И тем интереснее смотреть, как сказанное Поздеевым трансформируется в нынешнем времени под влиянием происходящего.

В экспозиции представлены работы мастера из Фонда Андрея Поздеева.
Среди участников: Юра Адомейко, Александр Суриков, Ирина Верпета, Антон Тхоренко, Егор Паста и др.

Выставка работает с 19 августа по 28 сентября 2026 года в галерее сибирского искусства «В центре Мира» в Красноярске.

Фото: Эльдар Валеев

Благодаря публикации в «Томском обзоре» об оцифровке и каталогизации произведений томского художника Вячеслава Петровича Крыжановского нашелся его родственник. Он сообщил, что в семье сохранились еще произведения и фотография. Так что работа продолжится.

Но уже сейчас есть открытие: у меня давно сохранена эта фотография, однако я не была уверена, что на ней именно Вячеслав Крыжановский. Родственник подтвердил: на этом снимке слева действительно стоит художник, а справа — его брат, Валентин Петрович Крыжановский.

Опубликован фонд Петра Гавриленко, одного из ключевых представителей томского неофициального искусства.

Об архиве рассказывает Лукия Мурина, искусствовед и исследовательница сибирского искусства, работавшая над публикацией материалов в RAAN:

Ценность архива Петра Павловича Гавриленко обусловлена, прежде всего, его уникальностью: на сегодняшний день это единственный систематизированный архив томского художника, чья творческая деятельность охватывает период с 1970-х годов по настоящее время. Петр Павлович Гавриленко выступает в качестве связующего звена между художественными практиками конца XX и начала XXI века. Кроме того, его фигура имеет ключевое значение для развития современного искусства в Томске. Влияние, оказанное им на молодых художников, столь значительно, что в ряде случаев позволяет говорить о прямой преемственности. Архив также высвечивает имена других значимых представителей томского художественного сообщества — Николая Степановича Беглюка, Сергея Петровича Лазарева и Юрия Иннокентьевича Фатеева и др.

Хочется, чтобы архив стал основой для исследований как творчества самого Петра Гавриленко, так и художественного процесса периода 1970 – начала 2000-х годов в целом. Несмотря на масштаб его личности, значительный вклад в искусство, а также уникальность и неординарность творческого метода, на данный момент отсутствует развернутое аналитическое исследование или монография, адекватно отражающие его наследие. Работа по формированию архива продолжается; он будет дополняться новыми документами и фотоматериалами. Архив представляет собой редкое явление, поскольку художник осуществил самоархивацию собственных материалов; моя задача сводилась преимущественно к уточнению датировок, локаций и атрибуции отдельных событий и выстраиванию связей между событиями и персоналиями, а также составлению биографических справок.

Фото из архива — Пётр Гавриленко и Андрей Поздеев в мастерской Поздеева. Красноярск, 1997 год.

Фраза «На ТОМ и держимся» родилась на прошлом фестивале и очень точно описывает все происходящее!

Фестиваль искусства и чтения ТОМ — одно из главных событий каждой весны для меня и нашей маленькой, но великой команды. Кажется, что мы всегда живем фестивалем: один заканчивается — сразу начинаем готовить следующий.

Тем временем до четвертого ТОМа осталось три дня! За ним стоит огромная работа, и мне очень хочется, чтобы пришло как можно больше слушателей лекций, зрителей выставок и покупателей книг.

В этом году тема фестиваля «Книга как искусство». Мы раскрываем ее через выставочную и просветительскую программы.

Выставки
«Книга художника: городские истории»
Девять томских художников обратились к прошлому города: малоизвестные факты и их новое прочтение — в формате книги художника. В экспозиции: классический кодекс, зин, свиток, лепорелло (книга-раскладушка), книга-объект.

Открытие: 14 мая в 19:00 в павильоне Сибирского филиала Пушкинского музея.
Подробности и регистрация
Экскурсии

«Старик Б.У. Кашкин. Фотограф, поэт и „рок-скоморох“ уральского искусства»
В кабинете Пушкинского покажем творчество Евгения Малахина — художника уральского неофициального искусства 1970–1990‑х, «народного дворника России», «панк-рок-скомороха», известного как старик Б.У. Кашкин.
Открытие: 15 мая в 17:00
Подробности и регистрация

Просветительская программа

О книге художника через призму личного творческого опыта расскажет Михаил Погарский — признанный классик, мастер книги художника, один из основателей первого в России музея «Книга художника».

Тамара Галеева — директор музея Б.У. Кашкина, исследовательница книги художника и современного уральского искусства — выступит с двумя лекциями:
«Старик Букашкин как медиатор современного искусства» (сразу после открытия выставки) и «Современная книга художника: слово, образ, форма».
А также примет участие в дискуссии «Зачем делать книгу художника сегодня?» вместе с Михаилом Погарским. Модератор — Илья Доронченков.

Руслан Князев — типограф, преподаватель и куратор групп по типографике в Школе дизайна НИУ ВШЭ — расскажет о феномене private press (частных книгопечатен) в контексте викторианской эпохи и промышленной революции.

Также в программе:
Две лекции Юрия Сапрыкина
Ирина Прохорова с темой «Может ли научная книга быть объектом искусства?»
Эдуард Кубенский (сооснователь издательства TATLIN) с выступлением о том, как сегодня переосмысляется форма книги, что в полиграфии можно менять, а что остаётся неизменным.
Алина Багинская (исследователь истории Томска) с лекцией «Дореволюционные каталоги как вид искусства».

И это далеко не все.

Программа большая, места на некоторые события уже заканчиваются. Смотрите расписание на сайте и выбирайте то, что вам ближе по ссылке.

Традиционно все дни фестиваля будет работать книжная ярмарка с участием издательств: Ad Marginem, «Новое литературное обозрение», Музей «Гараж», «Макушин Медиа», TATLIN и других.

Очень жду вас с 14 по 17 мая — в роще перед главным корпусом ТГУ.

P. S. Погоду обещают прохладную. Так что одевайтесь тепло, берите с собой термосы и приходите на ТОМ IV.

Среди биографий художников — жертв политических репрессий выделяется история Аркадия и Людмилы Акцыновых. Они встретили друг друга в пересыльном лагере «Находка», выжили и оставили воспоминания, охватывающие всю их жизнь. Мемуары «По стерне босиком» были изданы в 1992 году. Значительная часть посвящена аресту, тюремному заключению, лагерю и ссылке.

Людмила и Аркадий по разным причинам оказались в пересыльном лагере на Дальнем Востоке, так и не добравшись до Колымы. Для обоих профессия художника стала спасением. Они занимались оформлением лагерных клубов, исполнением разных заказов для лагерного начальства. Людмила копировала открытки, писала портреты вождей. Вместо холстов она использовала мешковину из-под овощей, кисти делала из своих волос.

Людмилу арестовали как члена семьи изменника родины. В 1937 году был арестован по ложному обвинению и расстрелян ее первый муж инженер-железнодорожник. Ее приговорили к восьми годам лишения свободы. Дома, в Грозном, остались двое маленьких детей. Прежде чем попасть в лагерь в бухте Находка, она провела два года в томской тюрьме.

Аркадий Акцынов подростком попал в Париж, где успешно учился в Академии художеств. Жизнь во французской столице была нелегкой: ему приходилось совмещать учебу с работой портового грузчика, журналиста, карикатуриста. Он устраивал выставки на бульварах Парижа. Константин Коровин высоко оценил живопись молодого художника, но его стремление вернуться в СССР — нет. Аркадия одолевали приступы ностальгии и тоски по родине. Завершив обучение в Академии, он принял решение вернуться. По возвращении мечтал устроить выставку — творческий отчет о работе, проделанной за границей. Арестовали его в 1938 году в Ленинградском порту, куда он прибыл из Европы. Решением «тройки» он был направлен на Колыму. В 1939 году в пересыльном лагере Аркадий встретил Людмилу — это произошло в лагерной художественной мастерской. В своей книге они описывают эту встречу как спасение.

В августе 1944 году Аркадий был освобожден после пятилетнего срока, чуть позже — Людмила (по состоянию здоровья). В 1950-м их арестовали повторно и отправили в ссылку в Красноярский край. После освобождения, в 1956 году, они выбрали для жизни Новокузнецк. Обретя свободу, они начали жадно работать: после пережитого обратились к теме природы, совершили пленэрные поездки на Байкал, Алтай, в Саяны. Акцыновы стали центром художественной жизни Новокузнецка, получили признание, вступили в Союз художников. В 1968 году супруги переехали в Чебоксары. Большинство работ Аркадий и Людмила написали в соавторстве. Прожили всю жизнь вместе и скончались в 1997 году.

Оставляю ссылку на книгу «По стерне босиком». Это история невероятно стойких людей, которые после всех пережитых ужасов нашли в себе силы заниматься живописью.

1. Аркадий и Людмила Акцыновы. 1993. Архив НХМ
2. А. Акцынов и Л. Акцынова. Чебоксарская ГЭС. 1980. ЧГХМ
3. А. Акцынов и Л. Акцынова. Чайки над водой. 1958. ЧГХМ
4. А. Акцынов и Л. Акцынова. В час заката. 1980. ЧГХМ
5. А. Акцынов. Славянка. (Портрет студентки).1967. НХМ
6. Л. Акцынова. Иней. Пейзаж. НХМ
7. Л. Акцынова. Ангара. 1957. НХМ

Денис Гаврилов — художник и исследователь. В последние годы он сознательно отошёл от выставочной деятельности, сместив фокус в сторону издательских проектов. В этом интервью мы обсудили зачем художнику заниматься самоархивацией и как можно реализовывать себя, не участвуя в выставках.

Недавно ты выпустил каталог-резоне. Что подтолкнуло тебя к такой системной самоархивации?

Уже объявив на своей странице в Facebook* о завершении профессиональной активности в 2022-м году, я написал, что, в любом случае, мне предстоит задуматься над ретроспективным проектом и проанализировать период своего увлечения современным искусством. Однако, на тот момент я не имел четкого представления, что конкретно из этого получится и, тем более, когда. Уже разбирая тысячи архивных фотографий и сотни экспликаций, я пришел к выводу, что больше всего на эту роль годится архивный каталог: показать столько материалов в формате целостного выставочного проекта не представляется возможным. Да и сейчас не то время, когда можно говорить о выставочной деятельности (плюс, я давно уже не имею той репутации, чтобы мне доверили огромный зал для проведения персонального проекта). А еще акт самоархивации стал отличной сублимацией творческой активности в это непростое время.

В чём ты видишь смысл и важность для художника заниматься архивацией своего наследия?

Я бы сказал, что деятельность третьих лиц, занимающихся архивацией, ввиду человеческого фактора нередко искажает данные. Так что, о тех или иных проектах лучше всего узнавать из первоисточника.
В первой главе каталога оба пункта я описал подробнее. Так что, приглашаю ознакомиться.

В нашем интервью 2023 года ты говорил о прекращении выставочной деятельности. Удаётся ли тебе по-прежнему не участвовать в выставках и чем ты компенсируешь отсутствие этой формы публичности?

Продолжение выставочной и творческой активности в нынешних условиях для меня бы стало актом нормализации милитаризма — неизбежный контакт с институциональной средой, в очередной раз, оборачивается интеграцией в доминирующую культурную систему. Что же касается самоорганизаций, то и их я не могу рассмотреть в качестве альтернативы — происходящие события сильно заглушают культурное производство, не оставляя ему выбора. В подобных условиях практиковать современное искусство оказывается циничным и попросту невозможным. В качестве альтернативы этому феномену я рассмотрел самоархивацию и самиздат.

Да, случалось несколько ситуаций, когда мне доводилось прерывать молчание. И каждый раз это была сделка с совестью: дважды я принял участие в квартирниках и несколько раз отправлял свои книжки в публичные библиотеки и на тематические мероприятия, посвященные самиздату. Тогда я не до конца сформулировал свою издательскую политику. Сейчас мне уже удалось сформулировать более целостную и осознанную стратегию. О ней можно почитать здесь.

Помимо собственных теоретических трудов, ты также издаешь книги других художников и исследователей. Расскажи, почему для тебя так важно именно печатное издание — пусть даже в формате современного самиздата?

Дело в том, что самиздат будто бы существует вне времени и институций. Это та ниша, в которой можно сейчас укрыться, обеспечив культурную деятельность. В отличие от выставки, книга не привязана к формату «события» и не заглушается новостными сводками, позволяя автору и издателю поработать «в стол».

Что же касается моего взаимодействия с другими авторами — то уже занимаясь самоархивацией, я искренне заинтересовался независимой книжной культурой, найдя в ней ту самую нишу, о которой упомянул ранее. Так я издал несколько зинов Д. Пименова, А. Николаева, А. Бренера и Б. Шурц. К тому же, создавать что-то новое сейчас я попросту не способен — мне будто сломали руки. Все что остается — обращаться к своим практикам прошлых лет, либо к деятельности других авторов. Но уже не как куратор или художник, а работая в том самом контексте, который может быть более уместен.

*запрещенная в РФ организация, признанная экстремистской