Будет больно
Александр Теребенин
Бумага, тушь

Пост про начало карьеры

Анонс программы Медиатренды выйдет в понедельник 24 августа, в 21:00 (21:05). Послушать можно в Москве на частоте 92,8 или на сайте РБК.

Звонок: «Приходи, Денис, в офис РБК, надо поговорить». Обычно так зовут в прокуратуру. «Бить будут,—подумал я». После поста про награждение «РБК-визионеры»немудрено. Хотя могут просто выпороть — какие-никакие, а гуманитарии. С другой стороны, «бьет - значит любит»: нужно еще заслужить, чтоб об тебя РБК руки пачкало. Я их уважаю: они, да «Поле чудес» — последние из официальных источников дающие ясное понимание действительности.

Пошел, надев плаксивое лицо и в чем не жалко изваляться в пыли.
При входе с опаской долго сличали с паспортом: вдруг какую вражескую заразу в курс доллара внесу, закружу фондовый рынок в суфийском танце. Он, правда, и без меня давно как тракторист после зарплаты: у канавы обоссаный лежит, подняться не может. Отпечатков пальцев не брали, врать не буду, и медкомиссию тоже не проходил. Но тут же отправили фотографироваться: анфас, профиль, снова анфас. Не к добру, хотя табличку с номером в руки не дали.

Встретил незнакомый мне Павел, провел экскурсию по офису: работают люди над новостями, придумывают как бы помягче описать окружающий нас пиндык словами «волатильность», «новая реальность», «структурная перестройка».

Я бродил, подволакивая ногу, с лицом Модеста Мусоргского с картины Ильи Репина: давил на жалость. Павел предложил кофе, и я расслабился: бить не будут. Зачем поить кофе того, кому филенку отштукатурить собираешься?

Павел зашел издалека: «Нужно делать передачу про культуру, хотим предложить вам». Я развалился на диване. В моем возрасте карьеру начинают только после условно-досрочного.

—Действительно! Кому, как не мне?!

У меня все атрибуты: из Петербурга, очки с недавних пор ношу, носки каждый день меняю.

«Попали, - говорю, - в точку. Культура, как говорится, моё второе имя, из всех щелей прет, как квашня. Любимое ругательство: «ах, ты, крыса эрмитажная!» Даже друзья по гольфу погоняло дали «искусствовед».

И продолжаю: «Можно только не прямой эфир?». Я в прямом скажу, что думаю и обеспечу работой следственный комитет на год вперед. Как только дадут микрофон: «Говорит Москва! Работают все радиостанции Российской Федерации! Сегодня, на …году жизни, скончался…всё прогрессивное человечество понесло…». И «Лебединое озеро» ба-да-бадам. Честное слово, не сдержусь!

— А коньяка у вас нет? — закончил мысль я.

(Продолжение следует)