По просьбам трудящихся: о дебатах Бони и Соловьева

Точнее, это были не дебаты, а обмен комплиментами. Мы ждали «поединок Хабиба и Конора», а получили извинения, отказ от взаимных претензий и договоренности о сотрудничестве.

«Прекрасно выглядишь» — с этого начал эфир Соловьев, сразу выбив почву и перехватив инициативу.

«Я должен извиниться…» — но не извинился. Несмотря на то, что «должен».

Далее несколько точных ударов:
«70% женоненавистников — это женщины». (Какие ко мне вопросы?)

«Война идет, Вик! У вас в Монако были прилеты? А у нас были». (Чем крыть? Монако — главная уязвимость инфлюенсерки).

«Я от себя лично готов отправить деньги в помощь Анапе!»

У Соловьева был четкий Message House: «Путина в России народ любит, а не боится». И далее аргументы. В ответ на главную претензию Бони. И опять — нечем крыть! Шаг влево, шаг вправо — пропасть.

А Боня пришла без ключевого сообщения, которое должна была донести любой ценой. И поэтому вместо того чтобы удерживать свою повестку, реагировала на выпады, оправдывалась и уходила в оборону.

«Объединяться надо, Владимир, а не воевать!» — оценила в конце идею консолидации Боня.

Разве этого от нее ждали подписчики? Они ждали нокаута, а получили мировое соглашение. Ждали защиты, а получили дешевый спектакль.

Ну что ж, как говорится, побеждает тот, кто играет на своем поле. Выигрывает не тот, за кем миллионы подписчиков, а тот, кто может задавить массой админресурса. В профите тот, кто поднял трафик на трансляцию, а не тот, кто пришел с социальным капиталом и слил его, сделав рискованную ставку.