Не секрет, что из различных аутентичных традиций всегда особенно была близка моему сердцу и уму китайская. В особенности - даосская. Но есть нюансы. И ради этих нюансов я приобрёл академическое, хотя явно сыроватое, издание "Чуских строф". Разумеется, стихи Цюй Юаня я читал в разных переводах много лет назад. Но понятие чуских строф гораздо шире Цюй Юаня. Многие входящие в этот корпус сочинения написаны не им. Ещё большее число стихотворений вызывает - уже две тысячи лет! - жаркие споры о том, Цюй Юань писал их или кто-то иной, а если даже он - то на какой стадии своей биографии. Ведь даже годы его жизни до сих пор реконструируются разными исследователями по-разному.

Для Китая характерен дуализм северной, собственной китайской (хуася) традиции бассейна Хуанхэ и южной традиции бассейна Янцзы (Шу, Чу и др.), основанной на верованиях докитайских аустрических народов, синтезированных затем с собственно китайскими (хуася) элементами. И мы не можем говорить просто о "даосизме" Чу, нет, речь о куда более сложных формах шаманского жречества. Шаманы на госслужбе, шаманы и шаманки-чиновники - эта изюминка царства Чу была неизвестная в северных княжествах. Меж тем именно из этой местной традиции, полной сугубо диалектных слов-иероглифов, вырос и гениальный классик поэзии Цюй Юань (первый известный по имени поэт в истории всего Китая), и его последователи - авторы более поздних "Чуских строф". Шаг за шагом они уже с конца эпохи Чжаньго ковали концепцию внешней и внутренней (душевной) алхимии, которая позже приобретёт оконченные черты в средневековье.

Представленное издание "Чуских строф" - академическое и экспериментальное. Стихи в нём переведены прозой, построчно, с огромными комментариями ко всем трудным иероглифам и именам, с обширными проблемными введениями к каждой поэме или циклу. А переводить чуские строфы было трудно даже самим китайцам, причём уже в эпоху Северных и Южных династий они просто не понимали многих слов и целых строк и абзацев, подозревая (не всегда оправданно) даже случайные перестановки рассыпанных бамбуковых дощечек. Текст чуских строф, а особенно сочинений самого Цюй Юаня, принципиально энигматичен: многие слова и фразы в нём отсутствуют в китайском литературном языке и мифологическом каноне, являясь сугубо местными, чускими штучками. Но для того-то и нужны интеллектуальные усилия сотен комментаторов, издателей, переводчиков и читателей, чтобы пробираться сквозь дремучий лес к сердцевине южнокитайской аутентичной Традиции с её путешествиями души вне тела, обретением телесного бессмертия и вознесением тела, алхимической трансмутацией порочного общества в идеальное царство и т.д. и т.п. Воспитание на таких высококачественных текстах способно выковать из человека подлинно традиционного метафизика.