Давайте расскажу, как я медленно, но упорно создаю расписание, которое не делает меня несчастной. Этому процессу много лет.
Часть 1. Началось все с дочкиной школы, когда я поняла, что мне для сердца важно ее встречать. Спустя время и адский (правда) труд в глянце, у меня появилась удаленная работа. С тех пор, с 2007 года, я не работала в офисе. Я просто сказала себе: я способна выдержать любое расписание, но я никогда больше не хочу выдерживать расписание
не свое.
Потом я попала в типичную московскую ловушку скорости и обильного нетворкинга. Нестись с вытаращенными глазами, забивая каждое окошечко полезным. С 8 утра английский на дому, приходит препод, потом спортзал, потом работа, и работа до вечера. Свободное время забивалось встречами с друзьями. Отсыпалась в отпуске. Дома почти не была. Короткое время была счастлива, потом появился непреходящий стресс.
Потом прибавились группы. Потом прибавились танцы. Десять лет назад появилось правило: один день в неделю без ответственности вообще. Ни работы, ни расписания. С одним выходным в неделю я работала еще много лет. Примерно в это же время мой супервизор сказала волшебную фразу: «расписание должно быть свободным, а не похожим на платье в обтяжку». Я стала учиться убирать руки от свободных окон и дней. Ничего нет? Не запланировано? Отлично. Не трогай. Спи. Лет пять назад я стала ценить возможность спать когда хочу.
В Барселоне я научилась точности. Можно не вести прием на 12 человек в день, можно не делать три группы в неделю: а именно так я начинала там от жадности (не финансовой, а азарта от возможностей). Но если быть точной и свести в одной точке мою готовность что-то сделать и готовность моей аудитории что-то от меня принять, то получается хорошо. А два последних ковидных августа в Барселоне у меня вдруг случились счастливые отпуска. Я садилась не за комп, а за руль и ехала 3 т км по Франции и Испании, по пустым карантинным дорогам. И приезжала к сентябрю работать, никуда не опоздав.
Хорошо в том месте, где есть время «
помешивать зелье». Я закладывала себе время на подумать в отпуске; и через неделю во мне самозарождались проекты. В Андаманском море я придумала «Карамельные дни», в Италии «Новых взрослых женщин», на пробежке «Звездные войны», на массаже «Женские танцы» (их на лету срубил карантин), в самолете «Freedom», на метельной прогулке с Пухом – «Цель». Помешивать зелье для счастливой работы оказалось полезнее плана продаж.
Я давно не скрываю от самой себя, что работа делает меня счастливой, дает смысл, вдохновение и счастье. Здесь я полностью в возрастной норме: от 35 до 65 возраст продуктивности.
Вернувшись в Россию и поселившись на даче, я еще больше замедлилась. К этому моменту я придерживалась правила не начинать работу раньше 16:00, с учетом постковидной бессоницы это было разумно. Три года длящихся стрессов плюс переезды и большие личные решения потребовали тогда ещё немного притормозить. Бессоницу вылечили. Постковидную депрессию тоже. Я вполне могу начинать работать в 11, и это начало пика моей работоспособности. Режим наладился и стал режимом здорового человека.
И вдруг на первый план вышел воздух. Прогулки. Просто пешком с собаками. Долго или недолго, но регулярно. Я иногда беру отпуск от всего, и от танцев тоже, и просто мягко и неторопливо хожу.
Я научилась брать кофейную ложечку для лета, а не половник относительно всего.
Летом мы гуляли под ливнями, прятались от жары, и я бывала счастлива выйти в 8 утра в прохладную серую пасмурность.
...Поэтому утро могло начинаться с неспешного променада нас четверых: кота, меня и двух собачьих пацанов. Собаки ввели в мою жизнь свежий воздух, и он оказался самым нужным ингредиентом .
Будучи по-прежнему внимательной к себе, я вдруг обрела полностью свободные утра и полноценные завтраки: жареный бекон, яичница, помидоры и кофе. Оказывается, завтрак требует принять одно решение: «я всегда завтракаю вот этим». Дочка научила. Крошечные несчастливости от крошечного вранья самой себе типа «я должна по утрам есть творог» меня вообще оставляли без завтрака.
