Еще с дремучих времен расцвета ЖЖ я читаю одного сильно пропутинского блоггера – фрицморгена. Сейчас он уже совсем не так убедителен, как раньше, но привычки – страшная сила, так что я до сих пор проглядываю его рассказы про мерзких западных леваков, которые непременно заставят мир жить по подписке, не владея ничем, кроме личного велосипеда; мыться раз в неделю ради снижения углеродного следа; и есть насекомых вместо гречки с котлетой.

Поедание каких-нибудь червей вообще выглядит настолько неестественно, что эту метафору регулярно используют, чтобы показать заговор власть имущих. Пон Джун Хо, режиссер «Паразитов», снял еще и красивый постапокалиптический «Сквозь снег». Там в замерзающем мире люди спаслись на одном-единственном поезде, колесящим по бесконечной железной дороге. Обитатели местных плацкартов подняли бунт и обнаружили, что батончики, которыми их кормили, сделаны из каких-то отвратительных слизняков - вот и вскрылась гнилая сущность начальников поезда.

Но от меня сегодня будет два тезиса. Первый: вполне возможно, что жуков многим из нас и правда предстоит попробовать. Второй: это прекрасно!

Производство насекомых на прокорм – уже довольно большой бизнес объемом в несколько миллиардов долларов. Недавно во Франции выпускники McKinsey привлекли почти полмиллиарда долларов инвестиций и открыли самый большой завод в мире, где в год производят 15,000 тонн белка из насекомых.

Пока эти тонны идут на корм скоту, но некоторые крупные стартапы планируют делать из насекомых и пищу для людей (пока что в виде протеинового порошка или батончиков).

Основных причин переходить на насекомых две. Во-первых, это более экологично, чем традиционные источники белка вроде мяса – грамм протеина из сверчков потребует в разы меньше воды и снизит выбросы СО2 в десятки, а то и сотни раз.

Во-вторых, это дешевле – по крайней мере, потенциально. Пока что технологию не отточили до совершенства, да и масштабы недостаточны, но в будущая экономия – один из главных аргументов для инвесторов. Кормить сверчков можно отходами, а растут они в разы быстрее коров.

И цена - это очень важный аргумент. Фразы о голодающих африканских детях звучат банально, но в мире все еще недоедают 700 миллионов человек. Обычно им не хватает именно белка: в бедных африканских странах до сих пор едят порядка 10 кг мяса на человека в год (в России, для сравнения, больше 80 кг). Даже курица стоит для этих людей слишком дорого, а радикально снизить стоимость ее производства не так-то просто.

Если стоимость белка из насекомых удастся порезать так, как обещают производители, то это будет отличным решением – в некоторых жуках много полезных веществ, а отсутствие сахара и жиров делает их еще и полезными для борьбы с ожирением и диабетом, которые становятся проблемой, как только страна выбирается из нищеты.

И не думаю, что есть жуков будут только бедняки. Если абстрагироваться от ваших эмоциональных переживаний от пережевывания какого-нибудь слизня, становится очевидно, что наши пищевые предпочтения довольно случайны. 98% жителей Лаоса ели насекомых хотя бы раз в жизни, да и французские крестьяне еще в XIX веке с удовольствием готовили суп из майских жуков. Потом жуки поумирали от пестицидов, а иначе мы бы наверняка смаковали это блюдо в парижских ресторанах вместе с лягушками.

Тут я вспоминаю знаменитый пример Хайдта: представьте, что ваш знакомый по пятницам покупает в «Пятерочке» замороженную курицу и занимается с ней сексом. Кажется ли вам, что он совершает морально плохой поступок? Большинство этических систем связывают естественное отвращение и аморальность, так что секс с курицой, как и обед из слизняка, будет вызывать не просто легкое чувство тошноты, но и порицание.

А вот западная либеральная система морали уникальна тем, что помогает людям преодолеть естественное отвращение, выдавая взамен утилитаристский калькулятор: если курица не страдает, то ничего аморального здесь нет. Если в жуке много протеина, то это замечательная еда. Так что перестроиться западному человеку будет даже проще.

По-моему, очень здравый подход.