Соцсети и тележенька в частности приближают авторов и читателей друг к другу: не в том смысле, что это «начало прекрасной дружбы»™ (хотя и такое, кажется, бывает), а в том, что и — pardon my French — писательская кухня, и читательская
Наблюдать, конечно, интереснее за молодыми особями, потому что они часто несут в интернеты всех себя целиком. Ещё интереснее подмечать в этой среде некие тенденции, что ли.
Ну, например.
Существует категория молодых людей, которые твёрдо решили сделаться писателями. То есть они не просто хотят написать нечто чудесное и поведать об этом миру. Они будто бы прежде всего мечтают о бумажном издании, тиражах, интервью и признании на малой родине и повсеместно — об этом они пишут в личных канальях и в специально отведённых местах для нытья и жалоб.
Я не говорю, что желать признания — плохо, вовсе даже наоборот! Классно, если у талантливого человека получается стать востребованным и любимым автором (и очень жаль, когда этого не случается). Но вот как-то мне всегда казалось (о факЬ, кажется, я распоследний романтик), что слово и текст для писателя должны быть первичны, а всё остальное — это так, приятный бонус. Однако гуляя по каналам молодых авторов, я вижу, что для многих текст — их собственная книга! — видится лишь способом пробиться и достигнуть.
То есть вот буквально: человек ставит себе задачу опубликоваться в определённом издательстве и составляет табличку наиболее частотных тем и тропов в издательском портфеле, но не для того, чтобы знать: ага, такую вот историю туда отправлять стоит, а такая им не подойдёт. Нет. Это делается (и человек говорит об этом прямо), чтобы написать историю специально под «запросы» издательства, чтоб уж наверняка. Когда затея проваливается, автор негодует: просчитался, но где?!
Мысли о том, что надо как-то, возможно, поработать над стилем, например, над собственным слогом, у таких ребят почему-то не возникает. И даже на долбанные курсы креативного врайтинга™ они тащатся, чтобы научиться — pardon my French — актуальности и продвижению.
Потому что даже публикации в красивой обложке и какого-никакого читательского внимания будто бы мало для счастья. Молодые дарования снова негодуют — уже по поводу того, что их вклад (sic!) в литературу и культуру недооценён, и, скажем, — я не утрирую, правда! — в их родном городе или республике с ними не носятся как с писаной торбой и не демонстрируют подрастающим поколениям в качестве успешного творческого человека, благодаря которому культура в этом регионе (а то и во всей стране) ещё как-то сохраняется.
Не, ну скромное милое творчество ради творчества — это, конечно, утопия (или лукавство). Творчество нуждается в адресате, во внимании и одобрении, просто потому что творить на голом энтузиазме, без поддержки и аудитории в длительной перспективе довольно грустно всё-таки.
Все творческие люди в той или иной степени тщеславны, чего уж, и это абсолютно нормально, если помимо тщеславия имеется всё же что-то ещё: талант, опыт, мастерство, чувство языка и чувство юмора, например. Потому что инициативность, упорство и работоспособность — не всегда качества положительные, и по некоторым — опубликованным! — книгам «молодых и перспективных» это, увы, очень заметно.