^*^
не отражаюсь в зеркале, не сплю,
я отправляюсь в тесную листву,
как Лермонтов в Дербент,
стенографистка

царапает спиртное на губах,
а мне циклон — подзорная труба.
плохой симптом — здесь нож
не пригодится.

здесь нужен требник, нужен самосуд
и самосад, я тасовал на слух
великих слов
краплёную колоду:

«княгиня, вы, сосали не тому,
чужой любви засаленный талмуд
не отличается
ничем от некролога».

и будет время жуткое — уже.
скажу, что смерть — это не шутка,
это жест. Михаил Юрьевич
в Дербент так и не съездил.

я отражался в зеркале и спал
с последней русской женщиной, листва,
наверно, жалась
к сквозняку как лезвие.

2026