Большого успеха — и это тенденция 4 — достигают крайне правые. Партия «Сансэйто» с лозунгом «Япония превыше всего» (легко опознаваемым как калька трампистского America First) вместо 2 мест в Палате советников получает минимум 15.

Кампания этой сравнительно новой партии была откровенно построена на ксенофобии против иностранцев.

Здесь нужно пояснить, что ещё недавно Япония была едва ли не самым моноэтничным обществом в мире: 98-99% населения составляли японцы.

Но сейчас это стремительно меняется: рождаемость с каждым годом ниже, население стареет и сокращается уже почти три десятилетия на десятки или сотни тысяч человек в год.

На этом фоне экономике сильно не хватает людей трудоспособного возраста и в стране быстро растёт доля мигрантов. Тут и Индия, и Непал. и Бангладеш, и Таиланд, и Вьетнам, и Филиппины, и исламские страны, такие, как Индонезия... не говоря о соседях-китайцах. Правительством ведутся переговоры о трудовой миграции с Узбекистаном и другими странами.

Но и сейчас уже не редкость небольшие городки рядом с мегаполисами, где доля мигрантов достигает 7, 10, 13% населения и продолжает быстро расти. Меняется обстановка в этих городках и районах, их культурный ландшафт, строятся мечети... в общем, мы в Европе этот процесс и его последствия хорошо знаем.

«Сансэйто» в ходе кампании как раз активно играла на опасениях по поводу приезжающих в страну. И нельзя сказать, что опасения эти совершенно беспочвенны — нет, это не совсем так. Есть немало вопросов к готовности части приезжающих вписаться в уникальный уклад Японии, с её высоким уровнем безопасности, законопослушания и взаимного доверия в обществе.

Проблема в том, что крайне правые не брезгуют в своей предвыборной риторике ни откровенными фэйками (вроде «понаехавшие злоупотребляют медстраховками, подрывая здравоохранение»), которые потом опровергают, но они уже расходятся по соцсетям, ни прямыми националистическими оскорблениями против, например, китайцев, курдов и корейцев. За которые порой тут же извиняются, но сами эти цитаты точно так разлетаются по сетям.

Про корейцев особенно дико, учитывая, что миграции в Японию из нынешней Кореи почти нет, а японские корейцы живут в стране много десятилетий, с тех времён, когда Корея в 1910-45 была японским генерал-губернаторством и подвергалась в конце этого периода активной ассимиляции.

Отчасти схожие позиции занимает и впервые попавшая в Палату советников с 2 местами Консервативная партия.

В целом, традиционный для ультраправых коктейль национал-шовинизма, изоляционизма, антиглобализма, гомофобии, антипрививочной и антисемитской конспирологии на этих выборах привлёк относительно немало избирателей.

Неудивительно, что одной из площадок для «Сансэйто» стала пропагандистская машина Кремля — как ранее для подобных партий во многих странах Европы.

В риторике «Сансэйто» про создание Японией своего ядерного оружия Кремлю видится шанс на ослабление — вслед за атлантической — и тихоокеанской солидарности демократий.

На этом фоне — и это тенденция 5 — не впечатляет «Ниппон Иссин-но-кай» («Общество возрождения Японии»). Партия с правыми взглядами в политике и либеральными в экономике, от которой ещё недавно ждали превращения в главную оппозиционную силу, лишь на 1 место, с 18 до 19 увеличила фракцию.

Причин, видимо, несколько. Партии во главе с обаятельным губернатором Осаки Хирофуми Ёсимурой не удалось ещё стать по-настоящему общенациональной, её часто воспринимают голосом Осаки, ну или чуть шире — региона Кансай.

Идеи снижения налогов на этих выборах озвучивал много кто. Приход в партию либерального центриста из Киото, экс-министра иностранных дел Сэйдзи Маэхары, выступающего последние годы в основном с повесткой в сфере образования — тоже не выстрелил в полной мере: обвинения в адрес иностранцев куда бойче расходятся в СМИ, чем предложения по развитию детсадов или школ. Сдвинувшись к центру, партия стала недостаточно протестна для тех, кто хочет выпустить пар.

Хотя теряет позиции и обычный клапан японской политики для выпуска пара: Компартия (лишь 7 мест вместо 11). Зато у левой «Рэйва Синсэнгуми» 6 мест (+1).