ㅤㅤㅤㅤОна извела себя, пытаясь сообразить, кому вообще хватило наглости устроить за ней эту слежку. Кто упрямо караулил её каждый раз, стоило только выйти за пределы гостиной, и молча пялился в спину чуть ли не каждый день. Удалилось ли ей? Нет.
ㅤㅤㅤ🔤место этого шум стих сам собой. Данбар перестала мелькать в коридорах, и для Персефоны эта внезапная тишина неожиданно обернулась пустотой. Дни потекли ровно, предсказуемо и до тошноты скучно. Именно эти ежедневные стычки с блондинкой заставляли время двигаться. Поначалу брюнетка списывала всё на здравый смысл: та наконец угомонилась, бросила пустые выпады или просто зарылась в пергаменты перед экзаменами. Вполне логично.
ㅤㅤㅤㅤㅤТолько вечера в окружении собственных друзей больше не приносили прежнего удовлетворения. С ними стало пресно. А потом в один момент пришло отрезвление. Она ловила себя на том, что сама выискивает поводы задеть гриффиндорку. Уже без прежней злости — просто по привычке, без которой день казался испорченным. Ей требовался не очередной ядовитый укол. Ей банально нужен был любой предлог, чтобы снова услышать ее голос.
ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ🤩лость на Данбар перестала быть топливом — она превратилась в какую-то ленивую привычку, в которой больше не было прежней силы. А потом началось самое паршивое. Когда Фэй переставала реагировать на её мелкие уколы или просто проходила мимо, едва скользнув равнодушным взглядом по лицу, внутри у Пэнс что-то глухо обрывалось.
ㅤㅤㅤПотом появился этот странный внутренний зуд. Желание не просто бросить ядовитую шпильку в спину, а сделать так, чтобы Данбар посмотрела. Именно на нее. Выдернуть её из этого бесконечного круговорота чужих лиц и заставить сосредоточиться только на одной конкретной точке. На ней самой.
ㅤㅤ🔤аркс прекрасно знала, что такое настоящая ненависть. Чистая, холодная, железобетонная. Она годами строила вокруг себя эти стены из презрения, искренне веря, что они защищают. А теперь оказалось, что она сама же проковыряла в них брешь — просто чтобы пялиться через эту щель на девчонку, которую еще несколько месяцев назад обещала придушить впотьмах.