Часть 22.1

К одиннадцати утра Драко уже сидел у себя в кабинете. Он раз за разом просматривал страницу с договором о покупке, который хотели заменить на слияние. Так ничерта не поняв в написанном, он отшвырнул его в сторону и раздражённо откинулся на кресле.

Рука потянулась за кофе, который давно остыл. Сделав пару глотков, скривился. Это была уже третья за полтора часа, а он так и не ощутил необходимую бодрость. Кажется, лишь сердцебиение участилось, и во рту стоит противный вкус, не более. Взмахнув палочкой, он пошире открыл окно и расстегнул две пуговицы на рубашке. Дышать легче не стало.

Выпитое поутру зелье от похмелья не помогло, и сейчас он сидел с пульсирующими висками и красными глазами, которые болезненно реагировали на яркий свет. Желудок постоянно скручивало, и он предпочитал скидывать это на явный протест организма против алкоголя.

Утром собираясь, он смог хотя бы мало-мальски выглядеть прилично. Освежил одежду и выгладил парочкой бытовых заклинаний, что удалось вспомнить. Даже волосы после душа лежали так, как он любил. Прошедший день и ночь остались лишь воспоминанием, от которых бунтовал не только желудок, а весь он сам. Малфой снова зажмурился и отогнал мысли прочь, проклиная себя за то, что вообще умел испытывать хоть какие-либо чувства. В груди постоянно ощущается горячий уголёк, который жжёт рёбра каждый раз, как только её имя всплывает в голове.

Встав со своего рабочего места, Драко схватил бумаги и подошёл к дивану, стоящему около окна. Замешкавшись секунду, он позволил себе развалиться, скрестив длинные ноги в лакированных туфлях и вскинув руки, стал снова изучать бумажки.

— Если ты спишь в это время, полагаю, у нас плохие новости.

Раздался голос у двери, и Малфой повернул голову на входившего. Проклятые пергаменты действительно лежали на его груди, а он уже минут пятнадцать, закрыв глаза, занимался самобичеванием.

— Чего тебе?

Блейз Забини прикрыл за собой дверь и прошёл в кабинет. Садясь по-хозяйски в кресло Драко, он с вызовом покрутил рукой скреплёнными документами.

— Да так, принёс готовый договор. Можешь передать Кингсли, что всё чисто и готово на подпись.

Блейз шлёпнул бумаги об стол и, скрестив руки на груди, продолжил изучать друга. Малфой снова прикрыл глаза.

— Спасибо. Свободен.

Послышался тихий смешок, и издевательское «Обращайся, начальник». Разумеется, никаких шагов за этим не последовало, и Драко знал, что Блейз продолжает молча ждать. Обычно Драко мог долго играть в эти игры, но сегодня терпения не было ни на что, поэтому он вновь открыл глаза и, найдя взглядом Блейза, вскинул бровь:

— Ты можешь перестать на меня пялиться?

На короткий миг тот, прищурив глаза, ответил:

— Могу, но мне интересно узнать, когда ты спал в последний раз.

— Сегодня ночью, — недовольно ответил Драко и, выровнявшись, сел, понимая, что покой всё равно будет нарушен. Он не скрывал раздражения, но Блейза это вообще не смущало. — Знаешь, обычно люди спят ночью.

Появившаяся улыбка почти сразу исчезла. И Забини сделался серьёзным.

— Это многое объяснило бы, если не одна маленькая деталь - тебя искала Тори.

Драко выпрямился, и руки сами потянулись к шее. Пальцы судорожно впились в кожу под воротом. Он нервно провёл по волосам, чувствуя себя мальчишкой, которому приходится отчитываться за проступки.

— Что ты сказал ей?

— Она просила передать, чтобы ты связался с ней, как только появишься.

Блейз снова внимательно посмотрел на него, и, чувствуя этот взгляд, он съёжился. Проведя рукой по лицу, он вздрогнул, услышав вопрос.

— Ты был с Грейнджер?

Возможно, это было слишком. Но когда дружишь с человеком большую часть жизни, некоторые вещи он узнаёт даже тогда, когда ты сам предпочёл бы о них не рассказывать.

— Нет.

Блейз откинулся на стул, тяжело вздыхая. Его взгляд был пронзительным, а на лице появилось недоумение.

— Где ты был?

— В квартире. Напился и уснул. Не делай из этого шоу.

На лице появилось настоящее удивление. Драко и сам понимал, насколько это абсурдно.

#зарисовкаWR