пять часов утра. зоревой вокзал. оседал туман, чуть касаясь шпал. белый шум платформ приобрёл цвета. между двух колонн, за чертой черта, расплескалась тень; и с её плеча соскользнул состав, унося печаль. разбудил стрижей, возмутил лучи, растревожил всё, что росло в ночи. не пытаясь сон поутру сберечь, он дарил мечту, эйфорию встреч, развевал тоску и сводил пути... пять часов утра. мне пора идти.
помнишь, мой милый Тео, тот виноградник в Арле? он не задушен хмелем, так же свободно дышит. редкий вороний гомон - скол на святом Граале, я там бываю часто, чтобы подняться выше.
краски здесь словно чище, сон не размыт недугом. плечи полей расправив, солнце встаёт лениво. видел вчера, как дети шли за тяжёлым плугом, к осени, значит, будет виться пшеницы грива.
плачет на блюдце свечка, тает, рождая пламя; я нахожу искусство даже в кусочке воска. мы с ней похожи... Тео, знаешь ли, между нами, я стал всё чаще видеть контуры перекрёстка.
то не совсем реальность, будто бы сон... а всуе. справа лежит дорога, нету ровнее линий, слева же, на контрасте, брызгая и танцуя, поле заполнил ирис глубоководно синий.
что бы ты выбрал, Тео? мысли мои понятны. мне миллиона франков море моё дороже. что ж... остаюсь счастливо, зная о необъятном, я тосковать не стану, если не будешь тоже.
