Коллеги из канала «Россия не Европа» задаются вопросом, почему Лукашенко занял антироссийскую позицию и каковы перспективы объединения России и Белоруссии.
Мы отойдем чуть назад, и начнем с того, что почему-то многие считают, что Лукашенко, дескать, не захотел объединяться с Россией, потому как испугался поражения от Путина на неизбежных выборах президента новообразованного союза.
Версия исходит из неоспоримых побед Путина на всех случившихся с тех пор выборах. Но она не учитывает, что на этих выборах у Путина просто не было реальных конкурентов. Но ситуация могла бы кардинально измениться, если бы в 2004 году, скажем, выбирать пришлось между Путиным и Лукашенко. Ну, а в дуэте Лукашенко – Медведев в 2008 году, результат просто очевиден.
Поэтому мало вероятно, что Лукашенко вообще представлялась бы возможность участия в подобных выборах.
Да, и по известной нам версии событий, расхождение случилось уже в начале нулевых, когда Лукашенко хотел ввести Белоруссию в союз на правах республики, которой бы и продолжил распоряжаться. Ну, а Путин не хотел повторять известной ленинской ошибки и готов был поглощать Белоруссию регионами с правами субъектов РФ. Ну, разве что обозначили бы какой-нибудь Белорусский федеральный округ, а Лукашенко назначили бы полпредом.

Возможно это лишь одна из версий. Но любая из известных обозначает не просто потерю независимости Белоруссии и отсутствие политических перспектив для Лукашенко, но слом всей социальной постсоветской модели, которую Батька строил у себя в стране. При объединении Белоруссия становилась бы кормовой базой компрадорской партии российских олигархов (которых нет ©Песков), с традиционным выкачиванием средств в лондонский Сити, ну, или кипрские офшоры.
Предположим Лукашенко не захотел лишь, чтоб эти потоки шли мимо его карманов. Ну, имел на это право. И проблема в том, что за все эти годы со стороны России ему так и не было предложено конструкции, которая бы его устраивала, даже если исходить лишь из его амбиций. И уж тем более не могло быть предложено никаких вариантов, позволивших бы безболезненно слить две разные постсоветские системы России и Белоруссии.
И после выборов в Белоруссии в российско-белорусском переговорном процессе ничего не изменилось, а потому перспективы объединения по-прежнему нулевые.

Однако, очевидно, что и Европе не нужен Лукашенко, как, впрочем, и Белоруссия, а пример киевского майдана явно демонстрировал, что ждет Лукашенко на выборах. Именно поэтому с 2018 года он начинает практически открыто поворачивать страну в сторону русофобии (что, в свою очередь, изо всех сил не замечают ни МИД РФ, ни Кремль, ни прочие ответственные лица), ошибочно рассчитывая, что именно националисты станут его защитой.
Но белорусские националисты, как и их украинские братья по разуму не могут быть государственниками по определению, потому как, кем бы не курировались – украинской СБУ или белорусским КГБ, кормятся они на польской идеологии и любых западных харчах.
И как мы и писали еще год назад, ставка Лукашенко на националистов и расчёт, что официальная русофобия спасет его от цветного переворота изначально была ошибочна, потому что уже Украина показала, что нацики прекрасно объединяются с либералами всех мастей, так как ни тех, ни других (а точнее их западных кураторов) не устраивают попытки Лукашенко сохранить Белоруссию стабильным государством. И снова пример Украины показывает, что надо стать Диким полем вокруг России. Превратить Белоруссию в Дикое поле при Тихановской можно, а при Лукашенко – нет.