Коллеги полагают, что ввод штрафа «за поиск в Сети» - это начало процесса фискализации потребления контента. Для начала «запрещённого». По их мнению, официальный ввод штрафов за открытие запрещённых государством материалов — это ускоренный метод создания нового источника дохода бюджета.

Ну, то, что число запрещённых материалов за поиск, которых станут штрафовать, будет расти это, естественно. А вот, что государство будет стремиться к массовости взимания платы за нарушение этого запрета, ради пополнения бюджета, все же пока маловероятно.
Пока массово и во внесудебном порядке у нас взимаются лишь штрафы за нарушение правил дорожного движения. Но тут доказательством являются скрины с камер на дорогах.
В случае же со штрафами за просмотр запрещенного контента, что может стать таким бесспорным доказательством преднамеренного нарушения, чтобы гражданин, получив подобный штраф, не пошел оспаривать его в суде? Даже учитывая, что силовики имеют технические возможности самостоятельно фильтровать пользовательский трафик, не спрашивая никого, вряд ли они готовы к массовому обеспечению бюджета. Это не таможня, и не ФНС.
Любой наткнувшийся в интернете на запрещенный материал ( а это, напомним, уже сейчас более пяти тысяч единиц контента) может сказать: «Яндекс в поиске выдал, Роскомнадзор не заблокировал, а я откуда знаю, что это запрещенный контент?» Перевод штрафов за поиск в сети в массовую бюджетообеспечивающую категорию потребует значительных затрат, как от правоохранительных органов - на следствие, так и от судов на вынесение решений по штрафам. Пока (повторим оговорку Максута Шадаева) представляется маловероятным, что государство сможет обеспечить поток «экстремистов» достаточный для обеспечения бюджета. Предполагается, что закон все же будет носить локальный характер для применения его к отдельным категориям граждан.

Подпишись на Новый век