Попробовал вдруг вспомнить, что было связанного с Новым годом в книгах, которые я прочитал в 2024 году. Кстати, попробуйте эту игру, можно обнаружить интересное! Если вспомните, делитесь)
Мне в этом плане прям повезло) сразу вспомнились два момента. Причем довольно полярных. Причем именно из тех книг, которые я хотел прочитать давно, но из-за длинного списка «надо» добрался до них только в 2024-м.
Первый из «Террора» Дэна Симмонса. Там в новогоднюю ночь решили организовать грандиозный Венецианский карнавал. Чем все закончилось, спойлерить не буду, но это один из самых ярких и кровавых моментов книги. Наверное, поэтому он и вспомнился первым делом.
А вот второй эпизод совершенно иной. Из «Авиатора» Евгения Водолазкина. И его как раз можно процитировать в качестве уютного новогоднего пожелания. Всех с наступающим, до встречи в 2025-ом!
Елка, хоровод. Мои руки липки от чьего-то пота, мне противно, но рук не разжать и из хоровода не вырваться. Говорит (кто?), что я из присутствующих самый маленький (это мы уже сидим на стульях вокруг елки), он откуда-то знает, что я умею читать стихи, просит прочесть. И все тоже шумно просят. Рядом со мной оказывается некто убеленный, борода о двух хвостах, под бородой ордена.
– Это, – говорят, – Терентий Осипович Добросклонов…
– Иди бестрепетно, – советует мне Терентий Осипович.
Я же бегу от приглашения – сквозь анфиладу комнат, – наклонив голову и широко расставив руки, замечая, как мое отражение мелькает в зеркалах, а в шкафах звенит посуда. В последней комнате меня ловит толстая кухарка. Прижимая к своему переднику (тошнотворный запах кухни), торжественно вносит меня в зал. Ставит на пол.
– Иди бестрепетно, – звучит повторное указание Терентия Осиповича.
Я даже не иду – взлетаю, возношусь чьим-то усилием на венский стул и читаю собравшимся стихотворение. Помнится, небольшое… Гром аплодисментов плюс тедди-бэр в подарок. Что же я читал им тогда? Счастливый, пробираюсь сквозь толпу поклонников, одними глазами благодарю виновников моего успеха – кухарку и Терентия Осиповича, который укрепил меня словом.
– Я же говорил, – руки его скользят по двум концам бороды, – иди бестрепетно.