WEALTH Navigator клуб

ФРС и ЕЦБ подняли ставки, Банк России сохранил ставку на прежнем уровне, но ужесточил риторику. Что происходит и чем сейчас вреден оптимизм – читайте в свежем «Взгляде недели» Алексея Вдовина, портфельного управляющего УК «Первая».

Событие недели

Главное событие прошедшей недели я бы охарактеризовал как глобальное ужесточение. И если Банк России на заседании 11 сентября оставил ставку неизменной, то ФРС США и ЕЦБ подняли ключевую ставку на 25 б.п. Все решения центробанков соответствовали консенсусам. Однако во всех случаях произошло ужесточение риторики, которое было отрицательно воспринято рынком.

Почему это важно?

На развитых рынках после долгого перерыва повышение ставки может стать началом цикла ужесточения денежно-кредитной политики, который может оказаться продолжительным.

Российский рынок пережил цикл ужесточения в 2023–2024 годах. Однако инвесторы в ОФЗ до сих пор высоко оценивают проинфляционные риски. Наглядно это показывает вменённая инфляция линкеров, то есть госбумаг с привязкой к инфляции. Рассчитывается вменённая инфляция как разница доходности ОФЗ с постоянным купоном и доходности линкеров, входящих в соответствующий индекс. С начала года этот показатель вырос с 5% до 8%. Инвесторы продолжают покупать инфляционные бумаги, несмотря на высокую ключевую ставку. В 2026 году результат этого актива стал лучшим среди всех активов, доступных на российском рынке, – 16,9% (23,6% годовых).

В гособлигациях развитых стран ситуация выглядит пока благополучно. Например, вменённая инфляция американских TIPS стабильно держится около 2,3%. При этом доходности десятилетних US Treasuries поднялись на 80 б.п. То есть рынок придерживается старого доброго правила «In Fed we trust». Более того, покупатели американского госдолга начали играть во flattening, продавая «короткие» бумаги и покупая «длинные». В результате спрэд доходностей десятилеток и двухлеток снизился с 70 до 30 б.п., и «горячие головы» заговорили о рецессии.

Что рынок пока недооценивает?

Участники глобального рынка слишком оптимистичны в отношении конфликта на Ближнем Востоке. История далека от завершения, риски роста инфляции и ставок недооценены.

Какой долгосрочный тренд это отражает?

Все председатели центробанков не видят улучшения ситуации с динамикой розничных цен, отмечают, что проинфляционные факторы преобладают над дезинфляционными, и указывают на подорожание топлива как одну из основных проблем. Но так или иначе за этим стоит долгосрочный рост влияния геополитики на фондовые рынки.

Какие выводы стоит сделать владельцам капитала?

Sell Equities, buy Treasuries? Думаю, идея по меньшей мере спорная. В начале цикла роста ставок акции, как правило, растут, отыгрывая ускорение инфляции. Однако затягивание ближневосточного конфликта гарантированно приведёт к устойчивому росту потребительских цен и, как следствие, к сдвигу и изменению формы кривой госбумаг с расширением спрэда между краткосрочными и долгосрочными облигациями. «Медвежьи настроения» неизбежно перекинутся на рынок акций. Убытки оптимистов могут стать колоссальными.

Подписывайтесь на канал
WEALTH Navigator клуб

Новый номер WEALTH Navigator уже на сайте. Под обложкой, отсылающей к золотому веку русской культуры, – развенчание мифов о банкирах, новые правила защиты и передачи состояний, борьба брокеров за чужие портфели, лайт индастриал, корпоративный FIRE и индустрия долголетия.

Открывает номер Дмитрий Брейтенбихер, летом назначенный заместителем председателя правления ВТБ и вернувшийся к работе с состоятельным сегментом в новой должности. Интервью представляли вчера.

Евгений Слуцкий, Руслан Набиев и Ольга Дригола-Матюшина из private banking и «Привилегии» ВТБ, за партией в гольф обсуждают, правда ли в private banking идут прежде всего за деньгами, как выглядит типичный рабочий день банкира и что требуется от человека, которому клиенты доверяют крупные состояния.

Как защищать и передавать капитал, если правила меняются быстрее, чем рассчитанные на десятилетия конструкции, обсудили на дискуссии WEALTH Navigator в Noôdome ведущие российские юристы и управляющие. Мы сделали расшифровку беседы.

С 1 сентября заработала система быстрых переводов ценных бумаг M2M, и сменить брокера стало проще. Станислав Портненко, руководитель брокерского бизнеса СберИнвестиций, рассказывает, как банк привлекает портфели клиентов конкурентов с помощью бонусов, тарифов и дополнительных сервисов.

Ещё один рынок для частного инвестора – лайт индастриал, небольшие производственно-складские объекты. Управляющий партнёр Parametr Александр Манунин разбирает экономику таких проектов. Андрей Двоеглазов из ВТБ переносит FIRE – Financial Independence, Retire Early – из личных финансов в корпоративные. Может ли компания накопить капитал, доход от которого снизит ее зависимость от операционного бизнеса? И почему для компании такая цель может оказаться достижимее, чем для человека?

Отдельная тема номера – долголетие. Мы изучили, как российская велнес-индустрия работает с состоятельными клиентами. Анастасия Титова из «Кью Кэпитал» рассказывает, как на рынок longevity смотрят семейные офисы, а руководитель направления превентивной медицины клиник «Атлас» Кирилл Белан – что медицина может сделать для продления активной жизни и насколько результат зависит от денег.

Наконец, показываем читателям Дилижан – армянский курорт, куда в советские годы приезжали композиторы, художники и ученые и который сегодня заново открывает для себя состоятельная аудитория. Сергей Рябокобылко, управляющий партнер Commonwealth Partnership, рассказывает, что происходит с городом и чем он отличается от других популярных у российских хайнетов направлений.

В ближайшие недели будем подробно рассказывать о материалах (этих и не только) здесь, в канале.

Подписывайтесь на канал
WEALTH Navigator клуб

Думают ли банкиры о Сенеке? Герой нашей обложки – безусловно, да.

Дмитрий Брейтенбихер делает видеоподкасты о русских классиках и считает философию необходимой практическому банкиру. Он управляет бизнесом, где счёт идёт на десятки миллионов клиентов и триллионы рублей, а этим летом в должности заместителя председателя правления ВТБ вновь сосредоточился на состоятельном сегменте.

Ответственность очень и очень высока. В русской культуре у этого слова часто возникают коннотации, связанные с чем-то угрожающим или уголовно-административным. Но настоящая ответственность – это не страх. Как писал Фазиль Искандер: «Настоящая ответственность может быть только личной. Человек краснеет один».

Мы поговорили с «Легендой индустрии» 2023 года о том, зачем банкиру «медленная мысль» в момент, когда ИИ способен за 10 минут проанализировать 15 отчётов, физлица обеспечивают 75% торгов на Мосбирже, россияне лечатся «вкладотерапией», а крупному капиталу становится тесно на публичном рынке.

Ультрахайнету трудно разместить существенные суммы в публичные акции без катастрофического движения котировок под собственным объемом. Именно поэтому мы наблюдаем сдвиг в сторону сложных индивидуальных решений и альтернативных активов.

Стратегический долгосрочный ориентир, к которому мы ведём клиентов, включает 45% рублёвых облигаций (ОФЗ и корпоративных), 17% замещающих/валютных облигаций, 15% акций, 9% ЗПИФов коммерческой недвижимости, 9% сделок Pre-IPO и 5% золота. Клаустрофобия лечится уходом от узких публичных площадок в сторону private equity, личных фондов и девелопмента.

Большое интервью Дмитрия Брейтенбихера – на сайте WEALTH Navigator.

Получится ли встроить нормы шариата в российский личный фонд?

Ильдар Хабибуллин, управляющий партнёр юридической компании «АКЕОН», рассказывает, как это удалось предпринимателю с тремя наследниками и активами в нескольких юрисдикциях.

Например, в условиях управления закрепили распределение выплат по нормам шариата: фонду запрещено инвестировать в алкоголь, табак, азартные игры и традиционные облигации, за соблюдением правил следит независимый шариатский контролёр. 5% ежегодной прибыли идёт на образование, мечети и социальные проекты. Что ещё, читайте в колонке Ильдара.

А мы завершаем серию публикаций участников рейтинга «WEALTH Navigator: юристы для частного капитала – 2026». К самому же рейтингу можно вернуться в любой момент, когда понадобится юрист для конкретного дела.

Напомним, что в этом году 104 фирмы представили более 3 тысяч проектов. Экспертный совет оценивал уже выполненную работу, от наследственного планирования и налогов до санкционных споров, M&A и защиты в кризисной ситуации. По каждой практике в рейтинге собраны фирмы, которые получили рекомендацию по итогам этой оценки.

Рядом с рейтингом на сайте legal.wealthnavigator.ru остаются и материалы юристов, занявших в нём топовые позиции.

Цитата недели: Филипп Агийон об ИИ как новом созидательном разрушении

Год назад Агийон вместе с Питером Ховиттом получил половину Нобелевской премии по экономике за теорию устойчивого роста через созидательное разрушение. От ИИ Агийон ждёт эффекта как минимум масштаба IT-революции, рассказал он 10 сентября на Inclusion Conference on the Bund в Шанхае.

По его расчётам, автоматизация производства товаров и услуг с помощью AI может добавить 0,68 п.п. к ежегодному росту производительности в ближайшие 10 лет. Использование ИИ для создания новых идей и знаний – еще не менее 0,4 п.п. Итого около 1,08 п.п. в год.

Но у IT-революции были и жертвы. В США после скачка производительности в 1996–2005 годах усилились компании-суперзвёзды, а новым игрокам стало сложнее выходить на рынок. Рост производительности замедлился – по мнению Агийона, в том числе потому, что конкурентная политика не поспевала за изменениями на рынке.

На ИИ-рынке этот конфликт уже возник. Крупнейшие облачные платформы одновременно финансируют ведущие ИИ-компании и предоставляют им вычислительные мощности: Microsoft связан с OpenAI, Amazon и Google – с Anthropic. Американская FTC предупреждала, что такие альянсы могут привязывать ИИ-компании к их инфраструктурным партнёрам и затруднять появление новых конкурентов. В июне Еврокомиссия предложила признать AWS и Azure «гейткиперами», сославшись в том числе на высокую стоимость перехода между облачными платформами. Сами технологические компании отвечают, что ограничения могут затормозить инвестиции и инновации.

Пока ситуация развивается фактически по Агийону: вчерашние инноваторы стали лидерами рынка, а следующему поколению инноваторов для конкуренции с ними нужны их же деньги и инфраструктура.

При этом в образовании он предлагает ограничивать использование технологии: школьникам, считает Агийон, нужно научиться учиться без ИИ, иначе есть риск получить поколение, которое не умеет самостоятельно считать и не способно сосредоточиться на чтении.

На этой неделе инвесторы снова пересматривали цену, по которой готовы одалживать деньги крупнейшим экономикам мира.

Что происходит с облигациями развитых стран и почему это важно для владельцев капитала – в свежем «Взгляде недели» Александра Абрамяна, основателя и генерального директора Paragon Family Office.

Событие недели

Тихая гавань с бомбой замедленного действия – так сегодня можно охарактеризовать рынок облигаций развитых стран. В сознании инвесторов облигации США, Германии или Японии – это безрисковая парковка капитала. И если пять лет назад парковка была практически бесплатной, то сейчас доходности длинных бумаг крупнейших развитых стран находятся на многолетних максимумах.
Американские десятилетки дают около 4,95%, вплотную приблизившись к отметке 5%, а доходность тридцатилетних бумаг поднялась выше 5,35% – максимума за 19 лет. Британские тридцатилетки поднялись к максимумам с 1998 года, доходность японских десятилетних облигаций в начале сентября превысила 3%. Французские десятилетки в среду дошли до 4,33%.

Это не только рождает интересные возможности – на мой взгляд, инвесторы серьёзно недооценивают риски.

Почему я обратил на это внимание?

Возможно, вы удивитесь, но доходность десятилетних облигаций Греции сейчас около 4,1%. То есть Франция, вторая экономика еврозоны, с точки зрения инвесторов представляется более рискованным заёмщиком, чем страна, которая 14 лет назад пережила крупнейшую реструктуризацию государственного долга в истории.

Долг Франции приближается к 120% ВВП; для сравнения, в 2008 году он составлял около 69%. Дефицит бюджета остаётся выше 5% ВВП, а стоимость заимствований растёт. Закрывать дефицит приходится новым долгом, который обходится всё дороже.

Похожая логика работает и в США, только там она пока не так заметна. Долг перевалил за $40 трлн, расходы на его обслуживание превышают $1 трлн в год. На фоне роста доходностей Минфин США увеличивает объём выкупа длинных облигаций и активно использует короткий долг. Но это означает более частое рефинансирование и повышает зависимость бюджета от будущих ставок.

Какой глобальный тренд за этим стоит?

Мы 30 лет прожили в мире, где длинные деньги были дешёвыми, а долг развитых стран априори считался безрисковым. Сейчас эта парадигма рушится.

У каждой страны своя история: Япония с колоссальным госдолгом страдает ещё и от слабой иены, Франция – от высокого бюджетного дефицита, Британия – от роста стоимости длинных заимствований, США – от госдолга, превысившего $40 трлн.

Но цены на облигации этих стран падают одновременно, и это означает, что дело не только в проблемах отдельных экономик. Рост стоимости энергии из-за конфликта на Ближнем Востоке тоже подливает масла в огонь, усиливая инфляционное давление по всему миру и особенно в Европе. Президентские выборы во Франции весной 2027 года добавляют политической неопределённости.

Почему это важно для владельцев капитала?

Первое. Гособлигации развитых стран, особенно длинные, – это больше не тихая гавань без риска, а инструмент, требующий внимательной оценки процентного и долгового риска и, возможно, пересмотра персональной стратегии по работе с капиталом.

Второе. Если деньги дорожают на фоне растущих долгов и сомнений в способности государств справляться с ними, перекладываться из одного государственного долга в другой не всегда решает проблему. В фокусе, на мой взгляд, должны быть реальные активы, и мой фаворит здесь – золото.

Подписывайтесь на канал
WEALTH Navigator клуб

JPMorgan Chase может стать первым в истории банком-триллионником: до капитализации в $1 трлн осталось около 6%.

Эбрахим Пунавалла из Bank of America считает, что после этого у акций JPMorgan может появиться «премия за редкость». Почти все компании S&P 500 стоимостью более $1 трлн торгуются с гораздо более высоким P/E, чем JPMorgan, у которого он составляет около 15. Исключение – Berkshire Hathaway.

Пунавалла рассчитывает, что JPMorgan сможет наращивать прибыль быстрее других американских банков благодаря масштабу, развитию ИИ, цифровых активов и управления капиталом. Ещё одним преимуществом он называет Джейми Даймона – «одного из лучших CEO корпоративной Америки», который за 20 лет поднял капитализацию банка со $140 до $943 млрд.

В 2006 году Asset & Wealth Management JPMorgan обслуживал $1,1 трлн клиентских активов. К концу 2025-го – уже $7,1 трлн. Только за 2024–2025 годы чистый приток превысил $1 трлн, а к концу июня этого года объём клиентских активов достиг $7,66 трлн – на 19% больше, чем годом ранее.

На технологии JPMorgan в этом году планирует потратить около $20 млрд. ИИ уже используется примерно в тысяче сценариев – от оценки рисков и борьбы с мошенничеством до поиска клиентов и подготовки инвестиционных идей. Даймон говорит, что это только начало.

Но людей в private banking меньше не стало. Число advisers Global Private Bank при Даймоне выросло с 1484 до более чем 4100. Только с 2020 года их стало больше чем на 60%, а выручка в расчёте на одного банкира за это время выросла на 15%.

Пока эта конструкция стоит $943 млрд. Bank of America, следующий американский банк по капитализации, – меньше $450 млрд. До первого банковского триллиона JPMorgan осталось около $57 млрд.

Греческие чиновники ходят по лондонским хедж-фондам и предлагают им переехать в Афины. Что взамен?

На этой неделе греческая пиар-кампания принесла первые громкие результаты. Financial Times пишет, что британский миллиардер и основатель Rokos Capital Management Крис Рокос переносит в Грецию налоговое резидентство, а Millennium Management с активами более 97 млрд долларов планирует открыть офис в Афинах. Старший портфельный управляющий Millennium Рахул Чопра собирается переехать туда из Лондона.

Главный аргумент Греции – налоги. С 2019 года новые состоятельные резиденты могут платить 100 тыс. евро в год с зарубежных доходов независимо от их размера. Режим действует до 15 лет; для участия в нем нужно в течение трех лет инвестировать в Грецию не менее 500 тыс. евро. Вполне скромно по европейским меркам: аналогичный режим в Италии стоит 300 тыс. евро в год.

Этим летом Греция сделала отдельное предложение управляющим капиталом: для переезжающих специалистов инвестфондов carried interest при соблюдении условий облагается по ставке 5%. Но за низкой ставкой должен стоять реальный бизнес: греческая компания, в которой работает управляющий, должна тратить в стране не менее 3 млн евро в год.

Рокоса греческие власти уговаривали несколько месяцев. Перед решением он провел час с министром финансов Кириакосом Пиерракакисом. Теперь вслед за основателем в Афинах может появиться и Rokos Capital Management: офис со временем может вырасти примерно до 50 человек.

Для Греции это разворот на 180 градусов: в 2015 году, в разгар долгового кризиса, страна ограничивала движение капитала, а теперь конкурирует за состоятельных резидентов и управляющих их деньгами с Великобританией, Швейцарией и странами Персидского залива. Пока в стране меньше дюжины лицензированных управляющих хедж-фондами, причем в основном они работают с местными активами.

Греческий режим для состоятельных иностранцев формально не закрыт для граждан России. Чтобы воспользоваться им, нужно перенести налоговое резидентство в Грецию, не быть её налоговым резидентом семь из предыдущих восьми лет и выполнить инвестиционное условие. Но налоговый статус сам по себе не дает права на проживание: миграционные вопросы и банковский комплаенс придётся решать отдельно. Зато у российских хайнетов и финансистов гораздо популярнее другая страна новогреческого языка – Кипр. Тут говорят на его диалекте, в котором многое устроено иначе, своя грамматика и своя регуляторика, свои правила произношения и свои правила проживания.

Правда, оставлять туманы ради древностей и жары готовы не все. В начале года греческие чиновники пришли презентовать своё предложение в офис одного из крупных лондонских хедж-фондов; фонд условия изучил, «Пока желающих нет», – рассказал FT его топ-менеджер о готовности сотрудников переехать в Грецию.

Сентябрьский номер WEALTH Navigator вот-вот будет у вас в руках. А пока поздравляем коллег с Днём финансиста!

Антон Силуанов сказал сегодня, что финансы – это гораздо больше, чем цифры и отчёты. Но мы упомянем именно их.

В каждом номере WN показывает статистику и тренды – пульс индустрии на момент выхода журнала. Вот что попало в сентябрьскую подборку.

22 трлн рублей составили совокупные активы российских private-клиентов банков – участников рейтинга Forbes. За год их объём вырос на 15%, а число клиентов с активами более 100 млн рублей – на 25%, до 50 860 человек. Клиентов с капиталом от 500 млн рублей стало почти на 20% больше – 6,6 тыс. При этом доля акций в их портфелях не превышает 10–15%: в фаворитах фонды денежного рынка и короткие бумаги.

1,1 трлн рублей – чистый приток денег российских инвесторов на брокерские счета во II квартале 2026 года. Это почти вдвое больше, чем годом ранее (574 млрд рублей), и максимум с начала наблюдений ЦБ в 2021 году. Около 65% внесенных средств пришлось на квалифицированных инвесторов.

3 356 миллиардеров насчитали в мире – на 400 больше, чем год назад. Их совокупное состояние достигло $19,6 трлн. Лидируют США – 990 миллиардеров с капиталом $8,4 трлн, за ними Китай (511; $2,1 трлн) и Индия (223; $1 трлн). Россия занимает пятое место: 146 миллиардеров с $649 млрд. Один из главных источников новых состояний – ИИ.

В 72% резонансных историй наследования крупного бизнеса дело дошло до конфликтов и судов. Аналитики A1 изучили более 30 таких случаев в России за 1995–2026 годы. В 31% семья в итоге потеряла контроль над бизнесом, ещё в 22% компания обанкротилась или сильно потеряла в стоимости. Сохранить семейный контроль удалось лишь в 16%.

3 сентября в Цюрихе раздали Шнобелевские премии за исследования, которые, как считают организаторы, «сначала заставляют смеяться, а потом думать».

Больше, чем некропечать хоботками комаров, нас заинтересовала премия по экономике. Ее получили Пол Пифф и четверо его коллег за работу Higher Social Class Predicts Increased Unethical Behavior о связи высокого социального статуса с готовностью нарушать правила и действовать в своих интересах за счёт окружающих.

Исследование вышло в PNAS еще в 2012 году. Авторы провели семь экспериментов. Начали с наблюдений на калифорнийских дорогах: следили за водителями, оценивали статус автомобиля по марке, возрасту и внешнему виду. Чем выше был класс машины, тем чаще водитель нарушал очередность на перекрестке или не уступал пешеходу.

Затем в лаборатории дело дошло до конфет. Одних участников просили сравнить себя с людьми, стоящими ниже на социальной лестнице, других с теми, кто стоит выше. Затем им показывали банку конфет, предназначенных для детей из соседней лаборатории, и разрешали при желании взять несколько штук. Участники, которых заставили почувствовать себя выше по статусу, брали больше.

Другие эксперименты проверяли, готовы ли люди скрыть от кандидата на работу, что его должность вскоре сократят, завысить свой результат в игре ради денежного выигрыша или одобрить сомнительные поступки на работе. Более высокий социальный статус и здесь был связан с большей готовностью поступиться правилами.

Авторы проверили и возможное объяснение. Люди с более высоким статусом в среднем положительнее относились к жадности. А когда участников с более низким статусом просили подумать о её преимуществах, различия между группами исчезали. Но сводить результаты к формуле «чем богаче, тем наглее» исследователи не велят: они, мол, изучали социальный класс, а не размер состояния.

14 лет спустя Шнобелевский комитет оценил усилия команды Пиффа и выдал им премию за доказательства того, что представители высших классов чаще забирают конфеты, предназначенные детям, и совершают другие неэтичные поступки.

И снова пятница, а значит, «Взгляд недели».

На этой неделе глава немецкого МИД сообщил о подготовке новых санкций ЕС против России. Для Евгения Мастерских, генерального директора DH Private Clients Russia, это повод вернуться к другому решению Германии: с 2027 года страна полностью приостанавливает налоговое соглашение с Россией.

Событие недели

С 1 января 2027 года Германия полностью приостанавливает действие соглашения об избежании двойного налогообложения с Россией.

Россия частично приостановила СОИДН с 39 государствами еще в 2023 году. Но соглашения продолжили действовать в части статей. В случае Германии сохранились, в частности, положения об устранении двойного налогообложения, взаимосогласительной процедуре и обмене налоговой информацией.

Теперь Германия приостанавливает соглашение целиком.

Почему это важно?

Для налогоплательщиков многое изменилось еще раньше. После решения России в 2023 году перестали действовать основные положения СОИДН, которые определяли, какая из двух стран вправе облагать налогом тот или иной доход. А с 2024 года Германия применяет к России свое законодательство о некооперативных налоговых юрисдикциях.

С 2027 года перестанут действовать и положения, которые Россия сохранила. В их числе – механизм устранения двойного налогообложения и взаимосогласительная процедура, позволяющая налоговым органам двух стран разбирать спорные случаи.

Есть важный нюанс с обменом информацией. Автоматического обмена финансовой информацией между Россией и Германией уже нет. Но статья 26 СОИДН предусматривала обмен налоговой информацией по запросу. После решения России 2023 года она продолжала действовать. С 2027 года не будет и этой договорной основы.

Что именно изменится для конкретного владельца капитала, зависит от налогового резидентства, вида дохода и структуры владения.

Какой долгосрочный тренд это отражает?

Германия не первая пошла дальше российской частичной приостановки СОИДН. Некоторые страны уже полностью приостановили или прекратили действие своих соглашений с Россией (например, российско-литовское СОИДН перестало действовать с начала 2026 года). В 2023 году Россия частично приостановила СОИДН сразу с 39 государствами. Чем больше из них ответят полной приостановкой или прекращением соглашений, тем меньше останется договорных инструментов для решения трансграничных налоговых вопросов.

Какие выводы стоит сделать владельцам капитала?

Тем, у кого есть активы, бизнес или источники дохода в Германии, до 1 января 2027 года стоит разобраться, какие положения СОИДН они используют сейчас и что изменится после его полной приостановки. Речь не только о ставках налогов, но и об устранении двойного налогообложения и разрешении споров между налоговыми органами.

Следить стоит и за другими странами. Для владельца капитала с активами и доходами в нескольких европейских юрисдикциях значение имеет уже не только решение Германии, а то, продолжится ли цепочка приостановок и денонсаций СОИДН.

Подписывайтесь на канал
WEALTH Navigator клуб

Финтех-гигант решил потеснить классические институты в борьбе за состоятельных клиентов. Как пишет Financial Times, к 2027 году Revolut планирует запустить в Великобритании полноценный private banking.

Планируемый порог входа, по данным Bloomberg, £500 тысяч. Для Мейфэра сумма откровенно комичная. В старом добром Coutts, недавно поднявшем планку, с вами не станут любезничать, если вы не принесёте минимум £3 млн. Однако Николай Сторонский делает логичную ставку на mass affluent — прослойку почти-богатых, которым отчаянно хочется почувствовать себя членами закрытого клуба.

Инвестиционная наживка была заброшена ещё в июле. Через приложение Revolut клиентам дали возможность прикоснуться к мастодонтам Уолл-стрит — фондам Apollo, Ares, Hamilton Lane и Partners Group. Внутри красиво упакованы private equity, частный долг и инфраструктура. 

В лучших традициях инвестбанкинга (и книги Monkey Business) институциональные продукты всё активнее пытаются продавать в розницу, расширяя базу для сбора комиссий. В той же книге по такому поводу обязательно бы съязвили: если неликвидный институциональный продукт начинают с помпой предлагать частным инвесторам, значит, большие парни уже сняли с него самые жирные сливки.

Конечно, купить долю в конкретном перспективном стартапе вам никто не даст. Вместо этого Revolut даёт клиентам сложносоставной набор через европейскую оболочку ELTIF 2.0. Она позволяет продавать private-market стратегии индивидуальным инвесторам, но расплачиваться за этот доступ придётся ликвидностью. Выйти из такого фонда по первому клику, как из акций на бирже, нельзя: окна для погашения открываются периодически, а объём вывода может быть ограничен (в проспектах это деликатно называют gating — когда на выход просится слишком много людей, двери временно прикрывают).

Сам по себе доступ к непубличным активам со смартфона для российского инвестора не новость: в «Т-Инвестициях» и «Альфа-Инвестициях» состоятельная публика давно участвует в pre-IPO и покупает ЗПИФы. Разница в подходе. На российском рынке вы чаще покупаете бумаги конкретной компании, тогда как Revolut предлагает фонды, где активы отбирает управляющий. Зато в одной витрине собраны сразу три сегмента private markets.

В России такие инструменты в основном доступны квалифицированным инвесторам — с финансовыми активами от 24 млн рублей, средним годовым доходом от 12 млн рублей или (с 31 августа) после успешной сдачи специального экзамена. Европейский ELTIF 2.0 формально доступен более широкому кругу, но частота и объём погашения паёв жёстко привязаны к правилам конкретного фонда.

Для инвесторов с российским паспортом Revolut недоступен, но граждане РФ, легально живущие в Европе, в отдельных случаях могут оставаться его клиентами. Впрочем, ВНЖ и счёт сами по себе не гарантируют доступ к private-market funds. Потребуется пройти проверку на пригодность (suitability) и изматывающий санкционный комплаенс.

Ирония этой истории заключается в том, что сам Revolut, так активно продвигающий инвестиции в непубличные компании, на биржу пока не спешит. В июле вторичная продажа акций сотрудников прошла при оценке бизнеса в $115 млрд.

Подписывайтесь на канал
WEALTH Navigator клуб

Стартовал приём заявок на Премию WEALTH Navigator 2026

Оргкомитет Премии WEALTH Navigator 2026 начал формировать список номинаций и номинантов. До 30 сентября представители индустрии частного банковского обслуживания, управления большими капиталами и смежных отраслей могут могут выдвинуть на Премию себя, коллег или другие компании — для этого нужно заполнить специальную форму на сайте.

Премию организует журнал WEALTH Navigator, независимым консультантом выступает компания TeDo. Полные списки номинантов станут известны 9 октября.

С 12 по 30 октября пройдёт блицопрос профессионалов, по результатам которого будет определён шорт-лист номинантов. Затем Оргкомитет сформирует финальные списки в каждой категории, а победителей определит авторитетное жюри.

Предварительный перечень корпоративных номинаций:

• Мультисемейный офис года
• Юридическая компания года
• Страховая компания года
• Лучшая инвестиционная компания
• Лучшая управляющая компания
• Лучший российский банк для обслуживания семей состоятельных частных клиентов
• Лучший российский банк для состоятельных частных клиентов

Предварительный перечень персональных номинаций:

• Банкир года
• Юрист года
• Джентльмен индустрии
• Леди индустрии

Окончательный список номинаций и номинантов будет объявлен 9 октября 2026 года. Лауреатов Премии назовут на церемонии 14 декабря в Москве.

Подробности и форма для подачи заявки — на сайте Премии WEALTH Navigator 2026.

Сумка всё чаще ценнее того, что в ней лежит, а покупать её начинают, заранее прикидывая цену перепродажи.

На прошлой неделе Vogue Business писал, что 47% покупателей luxury учитывают стоимость вещи на вторичном рынке ещё при покупке новой. Продажи винтажных вещей на The RealReal в денежном выражении с 2020 года выросли на 432%. Причём ищут конкретный год, коллекцию и дизайнера: запросы на вещи Phoebe Philo для Celine выросли на 650%, Nicolas Ghesquière для Balenciaga — на 400%.

В декабре 2025 года WEALTH Navigator в статье «Перерождение роскоши» писал о росте ресейла на фоне спада на рынке новых предметов роскоши: вторичный рынок за год прибавил 13%, продажи новых personal luxury goods сократились на 2%. С тех пор первичный рынок начал восстанавливаться (Bain ожидает роста на 2–4% в 2026 году). Но и рынок подержанного luxury продолжает расти.

Свежий Clair Report платформы Rebag показывает, сколько сейчас стоит хороший логотип на вторичке. Средний показатель сохранения стоимости Hermès в 2025 году достиг 138% от розничной цены, Goyard — 132%, The Row — 97%. N/S Park Tote от The Row продаётся в среднем за 146% retail. У Birkin за десять лет розничная цена выросла на 43%, а цена на вторичном рынке — на 92%. Новых Birkin и Kelly выпускают немного, самые востребованные модели нельзя просто прийти и купить в бутике. Подержанные тоже не задерживаются: The RealReal посчитал, что большинство принятых сумок Hermès продаётся в течение 30 дней.

Одна и та же сумка может возвращаться на рынок снова и снова. Hermès изначально делает свои изделия с расчётом на долгую службу и ремонтирует их независимо от возраста. Кожа с годами становится мягче, приобретает патину; повреждённую сумку можно почистить, заново прошить и отполировать. В 2024 году через сервис Hermès прошло больше 200 тыс. изделий. На аукционах продаются Birkin и Kelly 1990-х и более ранние.

Kelly Mini II на вторичном рынке оценивается до 282% первоначальной розничной цены, Birkin Sellier — до 183%, обычная Birkin — в среднем 122%. Такая премия привычна для рынка дефицитных часов: отдельные Rolex и Patek Philippe на вторичке тоже дороже, чем в бутике, если новую модель трудно получить у дилера.

Цитата недели: Алексей Разумный о первом тесте для 10-летнего срока

Основатель крупной IT-компании несколько лет назад подарил дочери участок с домом на Черноморском побережье. Недвижимость была куплена на открытом рынке, право собственности зарегистрировано. В 2025 году прокуратура потребовала вернуть участок государству: основанием стали предполагаемые нарушения при передаче земли из государственной собственности профсоюзам ещё в 1960 году. В июне суд первой инстанции иск удовлетворил.

Об этом деле адвокат, руководитель юридического департамента «Авангард Права» Алексей Разумный рассказал в колонке WEALTH Navigator «Забрать нельзя оставить». Один из ключевых вопросов колонки — как на такие споры повлияет вступивший в силу 10 июня 167-ФЗ. Закон установил 10-летний предельный срок, после которого государство не может требовать вернуть имущество по спорам о приватизации. Норма распространяется и на дела, решения по которым ещё не вступили в силу.

В деле Разумного имущество выбыло из государственной собственности 66 лет назад. В 1960 году государство само передало турбазу профсоюзам на основании постановления Совмина СССР, а в частные руки она перешла в середине 1990-х. Нынешняя владелица к этим событиям отношения не имела. Тем не менее суд первой инстанции не только изъял землю и дом, но и взыскал с ответчиков стоимость участков и экологический ущерб от строительства, которого доверительница Разумного не вела.

Теперь назначена апелляция. 10 сентября Краснодарский краевой суд рассмотрит жалобы ответчиков. Защита просит полностью отменить решение в отношении доверительницы Разумного и отказать прокуратуре в иске.

По словам Разумного, 167-ФЗ для защиты — «важный, но факультативный довод». В апелляции она также оспаривает основания для истребования имущества, взыскание экологического ущерба и стоимости участков, признание дома самовольной постройкой и заключение эксперта. Отдельный аргумент — что прокуратура пропустила сроки исковой давности.

Практики применения 167-ФЗ пока нет: на 27 августа «КонсультантПлюс» не показывает ни одного судебного акта, в котором применялись бы положения нового закона. Краснодарское дело может стать первым.

При прямом применении 10-летнего срока претензии прокуратуры к добросовестным покупателям по сделкам такой давности должны быть исключены, уверен Разумный. Но пока неясно, распространят ли суды это ограничение на подобные требования прокуратуры — или же найдут основания вывести их из-под действия 167-ФЗ.

Подписывайтесь на канал
WEALTH Navigator клуб

На этой неделе ушли из жизни как минимум три знаменитые фигуры мира искусства и одна — мира бизнеса. Последнему, не самому известному из этой четвёрки, но самому богатому, посвящён «Взгляд недели» Анастасии Полетаевой, адвоката адвокатской конторы «Аснис и партнёры».

Событие недели

На 90-м году скончался Клаус-Михаэль Кюне — бизнесмен, филантроп, богатейший человек Германии.

Kuehne + Nagel, основной бизнес миллиардера, была создана его дедом Августом Кюне в 1890 году. Отец предпринимателя Альфред Кюне передал 29-летнему сыну операционное управление в 1966 году, но ещё много лет участвовал в стратегическом управлении. Приняв компанию после смерти отца, Клаус-Михаэль увеличил её стоимость с $80 млн в 1981 году до $30 млрд в 2026-м.

Почему это важно?

Одна из главных забот состоятельных людей, а тем более собственников крупных бизнес-структур, — грамотная передача капитала и обеспечение бизнес-преемственности. Статистика неумолима: 70% семей теряют капитал и бизнес ко второму поколению, а 90–92% — к третьему. Тем интереснее опыт тех 10%, которые смогли преодолеть «проклятие третьего поколения», сохранить и преумножить семейный капитал.

В семье Кюне второе и третье поколения капитал преумножили, но четвёртого поколения просто не появилось. И во многом это плата за то самое «преумножение», по признанию самого Клауса-Михаэля в одном из интервью: «Я работал как одержимый и упустил возможность создать семью».

Семью он, кстати, создал: уже после 50 встретил и полюбил ровесницу и прожил с ней в счастливом браке более 30 лет. Но потомков не оставил. Семейный капитал в итоге должен перейти в созданный Кюне благотворительный фонд Kühne-Stiftung.

Кюне заранее выстроил двухуровневую систему управления бизнесом и капиталом. Во главе фонда стоит его многолетний доверенный юрист Томас Штеэлин. Йорг Волле возглавляет наблюдательный совет Kühne + Nagel и входит в органы управления холдинга и фонда. Карл Гернандт, бывшая «правая рука» Кюне, занимает посты в наблюдательных советах Lufthansa и Hapag-Lloyd. Операционной деятельностью Kühne Holding руководит Доминик де Даниэль, а самой Kühne + Nagel — её CEO Штефан Пауль.

Кюне определил и основные правила для этой системы. Kühne + Nagel должна по возможности оставаться независимой публичной компанией и сохранять выбранную стратегию. После смерти основателя рынок практически не отреагировал: курс акций компании изменился незначительно.

Существенно изменится масштаб самого фонда. До сих пор Kühne-Stiftung направлял на свои проекты €35–40 млн в год. После получения состояния Кюне его ежегодные расходы на благотворительность потенциально могут превысить €1 млрд, что сделает Kühne-Stiftung одним из крупнейших благотворительных фондов Европы. Основные направления его работы — логистика, медицина, климат и культура.

Построенная Кюне самоуправляемая система существует уже 15 лет: ещё в 2011 году Кюне фактически завершил активную управленческую деятельность в компании, оставшись почётным председателем совета директоров.

Какой долгосрочный тренд это отражает?

На мой взгляд, при планировании бизнес-преемственности не обязательно делать ставку на потомков-наследников. Управление бизнесом не должно зависеть от наличия или отсутствия наследников, их способностей и желания управлять капиталом. Опыт Клауса-Михаэля Кюне подтверждает, что такой подход тоже может быть эффективным.

Какие выводы стоит сделать владельцам капитала?

Преемственность — это не обязательно передача управления бизнесом следующему поколению. Наследники могут присоединяться к управлению в той мере, в какой они способны и хотят этого. А правильно организованная система даёт им возможность развивать управленческие компетенции без риска поставить под удар весь семейный бизнес. Она делает бизнес устойчивым, а судьбу капитала — более предсказуемой.

Доверить бизнес профессиональным управляющим — возможно, более ценное решение с точки зрения пользы для своих потомков, чем передавать им бразды правления без должного управленческого таланта и навыков.

Подписывайтесь на канал
WEALTH Navigator клуб

Пока Уолл-стрит собирает сотни миллиардов долларов на расширение AI-инфраструктуры, Билл Гейтс предлагает готовиться к налогам на ИИ и роботов.

В сегодняшнем эссе A Turbulent AI Era and Critical Choices to Make Гейтс пишет, что ИИ может нарушить привычный баланс между трудом и капиталом. Технологические революции прошлого уничтожали одни профессии и создавали другие, но на этот раз новых рабочих мест может оказаться куда меньше, чем исчезнувших.

Компания, автоматизировавшая часть труда, сокращает издержки, её конкурентам приходится делать то же самое. В результате, по сценарию Гейтса, рабочих мест становится меньше, экономические выгоды концентрируются у владельцев капитала, а государство теряет часть налогов, связанных с занятостью.

Гейтс предлагает компенсировать часть этих последствий через налоговую систему. Сегодня работодатель платит налоги с фонда оплаты труда, а инвестиции в автоматизацию может списывать как расходы. Основатель Microsoft предлагает ввести налоги на использование AI-токенов и роботов и направлять поступления на переобучение и поддержку потерявших работу.

Сегодня же после закрытия торгов отчитывается Nvidia. Рынок ждёт квартальную выручку около $92 млрд. Крупнейший поставщик вычислительной инфраструктуры для ИИ уже помогает финансировать её дальнейшее строительство: в августе Nvidia договорилась с Apollo, BlackRock, Blackstone, Brookfield, Goldman Sachs и KKR о создании платформ, которые должны мобилизовать более $500 млрд стороннего капитала для AI-инфраструктуры. Goldman Sachs, например, планирует развивать кредитование под залог вычислительных мощностей Nvidia. Деньги пойдут на дата-центры и оборудование, включая системы самой Nvidia.

Наблюдаем за передачей одного из крупнейших европейских состояний.

В понедельник умер 89-летний Клаус-Михаэль Кюне — немецкий миллиардер, не оставивший детей. Основные бизнес-активы собраны в Kühne Holding: она контролирует Kühne+Nagel и владеет крупными пакетами Hapag-Lloyd и Lufthansa. В конечном счёте основная часть состояния Кюне должна перейти созданному им Kühne Foundation.

Фонд существует с 1976 года, это одна из крупнейших европейских благотворительных организаций такого типа: около 800 сотрудников, проекты в логистике, медицине, климате и культуре. После смерти основателя фонд заявил, что продолжит работать на заложенных им принципах, и проекты действительно продолжаются: Kühne Foundation обязался вложить до €340 млн в строительство новой оперы в Гамбурге, сегодня городские власти подтвердили, что планы не меняются.

Кюне выбрал модель, давно знакомую европейскому семейному капиталу. Фондам принадлежат, например, Bosch и немецкие технологические группы ZEISS и SCHOTT. Carl Zeiss Foundation — единственный акционер Carl Zeiss AG и SCHOTT AG, а его устав запрещает продавать акции этих компаний.

В России личные фонды появились в законодательстве лишь в 2022 году. По мнению адвоката, партнёра коллегии «Монастырский, Зюба, Степанов & Партнеры» Виктории Дергуновой, начинать наследственное планирование с выбора юридической оболочки — неверная последовательность.

В интервью WEALTH Navigator Виктория разбирает, в какой момент начинается преемственность, как разделить владение, управление и контроль над капиталом, определить роли наследников и профессиональных управляющих и выбрать под задачи семьи подходящую конструкцию, от завещания и наследственного договора до ЗПИФа и личного фонда.

«Столпы преемственности»: интервью Виктории Дергуновой

Подписывайтесь на канал
WEALTH Navigator клуб

Состоятельные китайцы начали пересматривать зарубежные трасты, через которые управляют сотнями миллиардов долларов. Одни владельцы готовятся раскрыть активы и заплатить налоги, другим приходится искать для этого ликвидность, третьи планируют закрытие трастов. Под кампанию потенциально попадают до $1,2 трлн зарубежных активов китайских UHNW, пишет Reuters.

Один из громких примеров — основатель Xiaomi Лэй Цзюнь: его интерес в компании, связанный с трастовыми структурами, Reuters оценивает примерно в $20 млрд.

Причина нынешней ревизии — правила, введённые Китаем месяц назад. С 24 июля прирост стоимости акций, недвижимости и других активов при их передаче в офшорный траст облагается налогом по ставке 20%. Доходы траста и контролируемых им зарубежных структур также облагаются ежегодно по ставке 20%, даже если деньги не распределялись владельцу. Раньше отдельного стандартного режима налогообложения офшорных трастов в Китае не существовало.

Владельцы капитала уже отреагировали. Сингапурский юрист Райан Лин рассказал Reuters, что больше половины из его более чем 50 клиентов с трастами готовы задекларировать активы и платить налог. Остальные рассматривают ликвидацию структур. Некоторые владельцы продают материковые акции, чтобы получить необходимую для уплаты налога ликвидность; а тем, чьё состояние в значительной степени вложено в недвижимость и другие неликвидные активы, возможно, придётся занимать деньги.

Одновременно налоговые органы начали применять 20%-ный налог и к доходам китайских резидентов по некоторым зарубежным страховым полисам. Для поиска зарубежных активов используются в том числе данные автоматического обмена по стандарту CRS и система Golden Tax.

Для российских владельцев капитала новые китайские правила сами по себе ничего не меняют. Но российское законодательство также позволяет признавать иностранные трасты контролируемыми иностранными структурами российских налоговых резидентов. Китай и Гонконг входят в действующий перечень юрисдикций, с которыми Россия осуществляет автоматический обмен финансовой информацией.

Цитата недели: венецианский купец о диверсификации

Что ж, купцу Антонио можно только позавидовать. Гарри Марковиц, один из создателей современной портфельной теории, открывает этой цитатой свою историю диверсификации: Шекспир, писал он, не только знал, что риски стоит распределять, но и «на интуитивном уровне понимал ковариацию».

В августе 1608 года у драматурга появился ещё один актив: Шекспир и шестеро партнёров взяли в аренду на 21 год Blackfriars Theatre. Вместе с двумя другими театральными активами — долями в Lord Chamberlain’s Men и Globe — его доход составил £200 в год, или примерно 20 годовых заработков школьного учителя тех времён. Деньги уходили в землю, недвижимость и права на часть десятины в окрестностях Стратфорда (вот статья Financial Times о портфеле Шекспира).

В начале нынешнего года FT решила проверить, насколько вообще великие люди умели вкладывать деньги. В соревновании участвовали Ньютон, Дарвин, Тёрнер, Гендель, Черчилль и Кейнс. Шекспира забыли, но читатель FT Дэвид Крук напомнил редакции о его инвестициях отдельным письмом.

Гениальность преимуществ на рынке не гарантировала. Ньютон сначала заработал на акциях South Sea Company и вышел из них, потом увидел, что рынок продолжает расти, вернулся почти на пике пузыря и потерял около £20 тыс., а потом сетовал, что не способен «рассчитать безумие людей».

Зато Дарвин среди своих особых талантов называл способность к делам и умение «очень хорошо вкладывать деньги». Он держал землю, ипотечные займы, железнодорожные бумаги, инвестиции в каналы и доки и сократил вложения в железные дороги до кризиса 1873 года. За 42 года его состояние росло в реальном выражении в среднем на 8,6% в год, подсчитала FT, хотя в эту цифру вошли и два крупных наследства.

Художник Уильям Тёрнер торговал британскими государственными аннуитетами, используя расхождения в их оценке (от автора «Дождя, пара и скорости» этого не ждёшь, мы удивлены). На современном языке, замечает FT, это был арбитраж на рынке облигаций.

Победил экономист, но и ему пришлось поучиться инвестированию. В молодости Джон Мейнард Кейнс активно спекулировал валютой и едва не разорился. Позже перешёл к долгосрочным вложениям в недооценённые компании. Управляя капиталом King’s College, Кейнс на протяжении 25 лет обгонял британский рынок в среднем на 5,2 процентного пункта в год.