Отдавая такую роль Палестине, сионисты отчуждали себя от судьбы мирового еврейства, как считала Арендт. По их мнению, жизнь в галуте вела лишь к дальнейшей деградации, и так формировалась особая отчужденная ментальность у палестинского еврейства. Вместо того, чтобы стать авангардом еврейского мира, у него выработалось эгоцентричное мышление, отрицающее все многообразие связей между еврейскими общинами в различных странах, заявляющее о том, что единственный правильный выбор - это эмиграция в Палестину.

В следующей части своего эссе Арендт рассказывает как сионистское движение сотрудничало с империалистическими силами. Сначала это была Османская империя, настроенная получить лояльные еврейские поселения для контроля над арабским населением. Даже геноцид армян не стал помехой для переговоров с султаном. Затем произошла переориентация на Великобританию по итогам Первой мировой войны. Арендт вообще отмечает, что сионистское движение никогда не поддерживало революционные силы и не выражало солидарность с угнетенными народами, чтобы заручиться поддержкой Великих держав, несмотря на схожие интересы. Арендт предостерегает, что подобный союз с британцами навряд ли приведет к чему-то хорошему, ведь имперский интерес не может совпадать с национальным. Однако в сионистском движении внутренняя оппозиция такой политике достаточно слаба, даже наиболее левые силы ограничиваются максимум воздержанием от голосования.

Тут она также критикует левые силы палестинское еврейства за их борьбу с арабскими рабочими, более дешевой рабочей силой. Сионистское движение делает ставку на еврейский труд и индустриализацию, тем самым ограничивая кооперацию с местными населением и увеличивая социальную напряженность. Эта социальная напряженность, при политическом молчании левосионистских сил, обостряет пассивную внутреннюю войну в Палестине идущую с 20-х, а это в свою очередь укрепляет позиции мейнстримового сионизма. Чем больше у еврейского населения проблем с местными, тем серьезнее ставка делается на сотрудничество с британцами.

Причинами такого поведения левых сил она называет принятие общего сионистского мировоззрения, сосредоточенного на уникальности еврейской истории в отрыве от европейской, представляющего еврейство как чуждый азиатский народ, изгнанный из дома, но в то же время при отсутствии солидарности с революционной борьбой азиатских народов. В результате сионистский концепт удерживает еврейский вопрос в воздухе, вне Азии и Европы, и ведёт к экстремальному изоляционизму, что, в свою очередь, является калькой с немецкого национализма, объяснявшего нацию как биологический, а не политический продукт. Проблемой такого подхода в дальнейшем стала мисконцепция, при которой для национального строительства достаточно просто переместить людей (в Палестину) при поддержке одной из Великих держав, без необходимости органичного развития подлинного народного суверенитета. Так и образовалась зависимость от колониальных британских сил, а отношения с местным арабским населением только ухудшались год от года.