Единственный план Израиля на Газу — апартеид?

Вчера правительство Израиля объявило о расширении операции в Газе. Как прокомментировал решение Нетаньяху, цель операции – устойчивое присутствие в Секторе или, как это гораздо честнее называют его партнеры по коалиции – оккупация. По существу, значительная часть Газы и так находится под контролем израильской армии и, соответственно, оккупирована. Принципиальная разница, однако, состоит в том, что военный контроль Сектора теперь официально объявлен одной из целей войны и как утверждает во всяком случае часть правительства (тогда как другая часть правительства это не оспаривает) – эта цель по важности превосходит освобождение заложников. Я выделю два важных обстоятельства этого изменения: этическое и политическое.
Год назад я писал, что согласно наиболее популярным академическим представлениям о пропорциональности боевых действий, война в Газе несправедлива. Так это было год назад и с каждым месяцем это звучит как всё менее корректное определение того, что всё больше экспертов описывают как геноцид. Вопрос о том, попадает ли происходящее в Газе под определение геноцида – находится вне моей компетенции, но абсолютно точно, что людей погибло чрезвычайно много и значительная часть из них мирные жители. Повторю, что представления о пропорциональности в войне подчинены предполагаемым её последствиям. Так как теперь главной целью войны была объявлена оккупация, становится едва возможным утверждать, что громадные человеческие жертвы чем-то оправданы. Хотя теоретически оккупация может быть наименьшим из зол, в существующих политических обстоятельствах это маловероятно.

Во-первых, установление военного контроля вряд ли дастся легко. В Газе всё ещё находятся тысячи вооружённых боевиков. Если они не сложат оружие, чего до сих пор не происходило, бороться с ними придётся долго и в тех непростых условиях, когда технологическое превосходство Израиля будет давать только ограниченный эффект. Будут погибать солдаты. Когда вооружённые формирования находятся в подполье, особенно если они пользуются даже сдержанной популярностью у местного населения, с точки зрения оккупирующей силы потенциальным боевиком может быть каждый. Помимо этого, единственными официально озвученными планами на Газу после установления там военного контроля до сих пор были только депортации местного населения, что как я уже писал невозможно, а также создание в Газе еврейских поселений. Поселения неизбежно подразумевают установление в Секторе политической системы наподобие Западного берега – что, если перестать рассматривать положение как временное, по существу является апартеидом (про различие оккупации и апартеида). Однако даже без поселений у Израиля нет адекватных инструментов долгосрочно управлять Газой без постоянного кровопролития. Во-первых, любой палестинец будет рассматриваться как потенциальная угроза. Во-вторых, устройство Израиля не позволяет интегрировать палестинцев даже на уровне выдачи ВНЖ как в Восточном Иерусалиме: это поставит под угрозу еврейский характер Израиля, что является ведущим институциональным принципом государства, и экономику, которой придётся справляться с учинённой разрухой. Единственным реалистичным вариантом управления Газой останется апартеид. Альтернативой могла бы быть передача контроля третьей стороне или создание независимого палестинского государства, но за полтора года войны правительство не дало ни одного сигнала, позволяющего утверждать, будто этот вариант они всерьёз рассматривают. В действительности есть множество вариантов, отличных от апартеида, которые как можно спекулировать, являются *настоящими* планами Израиля относительно Газы. Вместе с этим, если единственное о чём правительство *по-настоящему* говорит это оккупация и поселения, к чему спекуляции?

Является ли вероятный апартеид справедливой военной целью – вопрос риторический. Сделает ли это нашу жизнь безопаснее — я не очень понимаю как